Хроника полностью

В это время болонцы пошли в Примаро и построили там крепость для защиты от венецианцев. Примаро – это некая местность в дистретто Равенны, там, где По, текущий близ Ардженты, впадает в море. А венецианцы выступили против болонцев с большим войском, и с кораблями, и с баллистами большими и малыми, и с метательными машинами, и со всяческим снаряжением для ведения войны, и остановились они на другом берегу По, и совершили мощное нападение на крепость болонцев; и завязалось тяжкое сражение между обеими сторонами; и венецианцы баллистами и осадными машинами сокрушили башню болонцев; но болонцы мужественно защищали свою крепость, и венецианцы отступили. И оставались там болонцы, думаю, два или три года[2078]. И триста или пятьсот человек из них погибли от нездорового морского воздуха и из-за множества комаров, блох, мух и оводов. И пришел брат Перегрин из Полезно в Болонье, /f. 410c/ из ордена братьев-миноритов[2079], и добился согласия между болонцами и венецианцами[2080]. И болонцы разобрали построенную ими крепость и ушли оттуда, и подарили много строительного леса от названной крепости братьям-миноритам из Равенны. А так как я в то время жил в Равенне, то мне кажется, что это разрушение крепости болонцев и их уход из Примаро произошли в том году и в то время, когда Конрадин был разбит Карлом, а именно в 1268[2081].

И в том году и в то время прилетело такое множество этих птиц, которые склевывают с гроздьев виноград и в простонародье называются скворушками, что в течение многих дней после вечерней трапезы и до наступления ночной темноты с трудом можно было разглядеть небо. И было иногда три или две стаи, одна над другой, одновременно, и растягивались они на три или четыре мили; и через короткий промежуток времени другие птицы той же породы приближались и летели, крича, треща и словно бы жалуясь. И так они делали каждый вечер много дней, спускаясь с гор в долину и закрывая все небесное пространство; и я и другие братья каждый вечер выходили постоять под открытым небом, чтобы увидеть их и посмотреть и подивиться; но не под открытым небом мы были, потому что птицы закрывали все пространство. Правду я говорю, ибо если бы я сам не видел, то вряд ли смог бы поверить рассказывающему такое.

А причина, по которой болонцы пошли в Примаро строить крепость, была такова. Венецианцы – люди алчные, и хваткие, и суеверные, и хотели бы подчинить себе весь мир, если бы могли; и они грубо обходятся с приезжающими к ним торговцами, и продавая дорого, и по многу раз собирая дорожную пошлину в своем дистретто с одних и тех же лиц в один и тот же приезд. И если какой-нибудь торговец привозит к ним свои товары для продажи, он не может увезти их с собой /f. 410d/ обратно, а должен продать их там, хочет он того или нет. И если какой-нибудь чужой корабль с товарами из-за какого-нибудь бедствия на море завернет к ним, он не может уйти оттуда, пока не будут проданы все товары. И говорят они, что такой корабль завернул к ним по воле Божией, которой не следует противиться. Когда-то, когда граф Руджеро да Баньякавалло был правителем в Равенне[2082], пришли венецианцы и построили некий замок в равеннском дистретто на берегу По при его впадении в лагуну, на канале, идущем из области Сант’Альберто от Равенны к По. И они сказали жителям Равенны, что хотят владеть этим замком пятьдесят лет, и посулили ежегодно платить гражданам Равенны, то есть равеннской коммуне, по пятьсот равеннских либр за то, что те позволили им это; а уж как хорошо они платили, я видел.