Супругой Педро, короля Арагона, была дочь[2198] принца Манфреда. А принц Манфред был сыном покойного императора Фридриха II, и этого Манфреда убил король Карл. И был также некий Палеолог, властвовавший в городе Константинополе над греками, который также убил сына Ватаца, предыдущего властителя греков[2199], чтобы вместо него властвовать; и он боялся, что король Карл вместе с папой Мартином IV нападет на Константинополь. Но папа Мартин хотел сначала решить дело с Форли, державшим под своей властью всю Романью. /
Романья же была провинцией небольшой, но хорошей, плодородной и густонаселенной, расположенной между Анконской маркой и городом Болоньей. Римская церковь[2200] получила ее в дар от господина Рудольфа, который еще во времена господина нашего папы Григория X был избран императором. Ибо римские понтифики всегда стараются что-нибудь выманить у государства, когда императоры венчаются на царство. Те же, соответственно, не могут отказать в том, чего у них просят, как потому, что в начале своего правления хотят выказать любезность и щедрость, особенно по отношению к Церкви, так и потому, что уверены, что все, отданное в дар, воздастся им во время правления, а также потому, что стыдятся показаться уксусом, пока они не в тыкве, а также, чтобы вообще не получить отказа. Ибо господин Рудольф, избранный императором, мирно пребывает в Германии, а Церковь, похоже, мало озабочена его коронованием. Итак, вышеназванный кардинал[2201] был послан господином нашим папой к сицилийцам по вышеупомянутым причинам. А они ему ответили, что они всей душой хотят повиноваться предписаниям Церкви, но совершенно отвергают переходящее все границы засилье французов.
Следовательно, по этой причине и шло французское войско, и по морю, и по суше, дабы оказать помощь королю Карлу. Что будет дальше, смогут увидеть те, кто останется в живых[2202]. И в том же году папа Мартин жил в Орвьето, а затем переселился в Монтефьясконе.
Также в этом году в консистории, в присутствии папы и кардиналов было прочитано послание о том, что Палеолог в городе /
Также в этом году перуджийцы приготовились к походу, поставив себе целью опустошить Фолиньо. И папа послал сказать, чтобы они никоим образом этого не делали, не то он отлучит их от Церкви. Ибо Фолиньо существовало от рождения святого Петра. Но перуджийцы даже из-за этого не отказались от намерения пойти туда. Итак, они пошли и разрушили все епископство этого города до самого основания[2204]. Следовательно, были отлучены от Церкви. Но, возмущенные этим, они сделали из соломы чучела папы и кардиналов и с бранью таскали их по всему городу, и притащили их на какой-то холм, и на вершине этого холма сожгли папу, одетого в красные одежды; точно так же сожгли и кардиналов, приговаривая: «Это кардинал такой-то, а это такой-то». И заметь, что перуджийцы думали, что они поступают хорошо, сражаясь против жителей Фолиньо и разоряя их, потому что еще в прежние времена, когда Перуджа и Фолиньо воевали друг с другом[2205], жители Фолиньо устроили величайшую резню перуджийцам, и в этом столкновении Бог привел перуджийцев в такое замешательство, что одна старуха из Фолиньо с тросточкой, то есть с тростниковой палкой, в руках пригнала к тюрьме десять перуджийцев. То же делали и другие женщины, и не было у перуджийцев отваги для сопротивления, ибо на них исполнилось то, чем угрожал Бог, Лев 26, 17: «Обращу лице Мое на вас, и падете пред врагами вашими, и будут господствовать над вами неприятели ваши, и побежите, когда никто не гонится за вами». И ниже в той же главе: «И не будет у вас силы противостоять врагам вашим» (Лев 26, 37). Почему? Послушай, почему. Потому что говорится, /