Похоже, начальника местного управления СП следовало повысить либо поощрить еще каким-то образом.
Он сразу же сверил все три имени с национальным банком данных, и выяснилось, что за три дня до этого Тода Бруно задержали во время облавы в одном из баров, где торговали сексом вживую. Но хотя многочисленные свидетеле утверждали, что он бывает там чуть не каждый день, полная серия анализов подтвердила его голубую карточку. У начальника управления достало сообразительности копнуть поглубже, и он отыскал в документах проверки запись о некоем «аномальном организме».
Начальник приказал немедленно провести вскрытие тел Тода и Мардж Бруно с тщательным обследованием тканей вплоть до молекулярного уровня. И получив его окончательный доклад, я сразу же вылетел в Сан-Хосе.
В геномах обоих погибших обнаружился странный «псевдовирус». У него было много общего с вирусом Чумы, но ни на один из известных или прогнозируемых штаммов он не походил, а кроме того, у этого вируса имелись молекулярные цепи, которые не могли возникнуть естественным, эволюционным путем. Однако тела пробыли в воде слишком долго, и вырастить живую культуру в лабораторных условиях не удалось.
Неизвестный «псевдовирус» у членов семьи талантливого ген-синтезатора... Этому могло быть только одно объяснение: «черный прорыв», о котором корпорация, где работал Бруно, «забыла» сообщить. В результате чего страшное творение Дьявола, некий искусственный паразитирующий на человеке микроорганизм, рукотворный вариант Чумы, вырвался из лаборатории на волю. У нас было два инфицированных трупа, и я не сомневался, что сам доктор Бруно тоже заражен и разгуливает на свободе где-то в Сан-Франциско.
То, что произойдет в этой сатанинской клоаке, меня мало заботило, но Тод Бруно уже был инфицирован, когда его взяли в баре за пределами карантинной зоны, и тем не менее все проверки подтвердили голубой статус его карточки.
Это означало, что чудовищный новый штамм попросту «невидим» для всех наших стандартных анализов. Что же за испытание приготовил нам Дьявол в лабораториях корпорации «Сатклиф ф»?
В самолете у меня возникла твердая уверенность, что там, куда я лечу, на западном побережье, мне предстоит последнее решающее сражение с Врагом рода человеческого и что Армагеддон уже начался.
Сан-Франциско оказался совсем не таким, каким я его представляла. Собственно, я даже не могу сказать, что именно ожидала увидеть. Может быть, гнусный Содом, сплошные руины, где бродят покрытые струпьями зомби. Но ничего подобного там не было.
Чистые улицы. Ухоженные симпатичные дома. Знаменитый фуникулер по-прежнему работал, и ездили по улицам автобусы. Работали рестораны, в барах толпились люди, кабаре и театры приглашали посетителей. А улицы патрулировали вполне дружелюбные полицейские.
Продукты и прочие необходимые товары пропускали в город через карантинную линию в районе Дейли-Сити и там же вывозили из города простерилизованную продукцию предприятий, так что у Сан-Франциско действительно сохранялись экономические связи с окружающим миром. Жили, конечно, небогато, но общая беда сплачивала людей и помогала держаться. В ресторанах все было дорого, зато на рынках и в магазинах цены искусственно занижались. Жилья не хватало, но рентная плата удерживалась на низком уровне, а нуждающихся и бездомных размещали в общественных зданиях и заброшенных железнодорожных вокзалах.
Да, разумеется, много людей на последней стадии, в жутком состоянии, но много и таких, которые без труда могли бы жить в нелегалке за пределами карантинной зоны. И было что-то удивительно трогательное в том, как заботливо относились пока еще «здоровые» к явным Живым Мертвецам. Почему-то мне сразу вспомнился старина Макс.
Его дух словно витал над этим обреченным, но не сломленным городом. В силу обстоятельств там каждый житель становился Святым Максом, и хотя Любовников Девы Марии как таковых в Сан-Франциско не знали, каждый все равно служил тому же делу.
Ни опасность «подцепить», ни черные карточки, ни облавы секс-полиции никого не пугали. Все это осталось для жителей Сан-Франциско в прошлом. И хотя откровенных гомосексуалистов там было гораздо больше, чем мне доводилось видеть где-то еще, в Сан-Франциско, как ни странно это прозвучит, я увидела гораздо меньше всяческих... да, пожалуй, извращений.
Никаких особых баров, где можно найти партнера для секса вживую, потому что это можно сделать в любом баре. Автоматических секс-салонов почти нет, потому что жители города, будучи уже приговоренными к смерти, дарили друг другу любовь без опасений, как это было когда-то между всеми мужчинами и женщинами. Даже людей на последней стадии и тех не обделяли нежностью и заботой.
Короче, ни один город из тех, где мне довелось побывать, не казался мне таким родным.