Анна смерила его долгим взглядом и, не ответив, вышла. В доме царило безмолвие. Казалось, все спали…
Анна очнулась от воспоминаний. Лицо ее пылало, словно она вылезла из постели Мигеля только что. Неудивительно, что он так сухо разговаривал с ней тогда, в сквере – конечно, он обижен. Кто б не обиделся на его месте? Повинуясь мгновенному порыву, она набрала его номер – может быть, это принесет ей покой, избавление от томительного страха? Мигель сразу ответил, словно ждал ее звонка. По его ровному тону Анна не могла определить, рад ли он ее слышать, или ему безразлично.
– Он опять звонил, – прошептала она.
– И что? – ответил он вопросом. – Ты все еще думаешь, что это я?
– Н-нет, – чуть запнувшись, произнесла Анна, – я бы не стала тебе звонить, если б считала, что это ты.
– Но ты позвонила, – в его голосе проскользнуло хоть что-то, похожее на эмоцию, – значит ли это, что ты передумала?
– Я не знаю… – с мукой в голосе произнесла Анна. – Я не представляю, что сказать Антону…
– Не могу поверить… Ты решилась уйти от него?..
И вот сомнения, терзавшие ее, внезапно стали таять, а невозможное решение, облеченное Мигелем в слова, нежданно придало ей некое подобие уверенности. Анна вздохнула. Он услышал ее вздох.
– Я сейчас приеду, – не терпящим возражений тоном сказал он. – Помогу тебе собрать вещи и увезу их. А ты сможешь остаться, чтобы поговорить с ним. Или, если хочешь, давай вместе с ним поговорим. Так, наверно, будет честнее.
– Это слишком быстро, – растерялась она, – я не могу так. Мне нужно время. И потом – я не говорила, что ухожу именно к тебе…
– Главное то, что ты уходишь от него, а уйдешь ты только ко мне, – отрезал он. – Разве я не прав? Или есть еще кто-то, к кому ты хочешь уйти?
Прав ли он?.. Но Анна промолчала, и он не настаивал. Действительно – если она решила оставить Антона – такого положительного и надежного – значит, он, Мигель Кортес де Сильва, именно тот, кто ей нужен – уверенный в себе, принимающий решения – трудные решения. И даже если она сейчас уедет к себе на Чистые пруды – ее отношениям с Антоном конец. И он этот конец максимально приблизит. Не допускающим возражений голосом Мигель сказал:
– Не стоит тянуть. Этим ты только усугубляешь положение. Несправедливо продолжать обманывать Ланского, да и тому мерзавцу ты даешь лишнее время. Я скоро приеду…
Он отключился так быстро, что Анна не успела возразить. Она растерянно посмотрела на мобильник, в котором только что слышала его голос. Если так, то надо подготовиться к его приезду… Не хватало только, чтобы Мигель сам собирал ее вещи!
Тут она замерла, охваченная острой тревогой. Все это время ей и в голову не приходило, что страшный голос может принадлежать и Антону. Она даже присела на краешек кресла, так как от этой мысли у нее подкосились ноги. Она спала, когда была убита Полина, но если Антон с самого начала знал, что она ходила ночью к Мигелю? И все происходящее сейчас – это его жестокая месть за ее, Анны, измену? Она подтвердила его алиби на убийство Вешняковой. Но она спала мертвым сном после двух таблеток сомнола. Она развлекала Жики и пыталась отвлечься сама на милонге в ту ночь, когда погибла жена Сержа… Анна похолодела. Тогда тем более ей надо бежать из этого дома – пока не настал ее черед. А что он там плел про Катрин?!
Анна решительно отодвинула дверь гардеробной, с сожалением оглядывая ее содержимое. Кое-что ей придется оставить – подарки, купленные Антоном. Она с болью вспомнила, с каким воодушевлением он выбирал ей шубу – великолепный баргузинский соболь – на день ее рождения год назад. При своих гонорарах она и сама могла себе позволить такую дорогую вещь. Но Анна, женщина бережливая, никогда бы не ухнула астрономическую сумму на, строго говоря, одежду. Ее, девочку из небогатой семьи, приучили тратить деньги разумно – особенно, когда они достаются таким каторжным трудом. Но в этом было что-то невозможно романтичное – ее возлюбленный покупает ей соболью шубу! Как в сказке!
Погладила темный мех с сединой, мягкий и нежный. Длинное, до пят, манто с огромным капюшоном, легкое, как шелковый палантин – не единственная роскошная вещь, подаренная ей Антоном. Пару бриллиантовых серег она получила от него по случаю годовщины их знакомства, два кольца – одно с бриллиантами, другое с жемчугом и опалами были куплены им у Cartier во время их путешествий… И многое другое – костюм от Chanel, дорогая итальянская обувь… Но ничего ей не жаль оставлять так, как эту шубку. Она медленно закрутила волосы в узел и вдела в уши серьги – они сверкали невообразимо… Унизала пальцы кольцами… Застегнула на высокой шее жемчужное ожерелье – единственное из драгоценностей, что она могла забрать с собой. Накинула шубку на плечи… Повертелась перед зеркалом. Она же женщина, в конце концов…
От этого занятия, приятного и грустного одновременно, ее оторвал звонок домофона. Это Мигель, а она совершенно не готова! Ничего так и не собрала. Шубка соскользнула с ее плеч и мягко упала на пол…
