Он приник ухом к груди Джоша. То, что он услышал, ему крайне не понравилось — аритмия, пароксизмальная тахикардия — скорее всего, последствие удара электрическим током. Себастьян осмотрел его руки и грудь — в левом подреберье заметил след — две красные точки. Электрошокер — обычное устройство, используемое рыцарями Паллады, когда необходимо обездвижить приговоренного. Но использовать подобные методы против членов Ордена! Результат налицо — предынфарктное состояние. Себастьян набрал в шприц спазмолитик и ввел Джошу. Теперь — антикоагулянт! И, наконец, бета-блокатор. С облегчением следил за тем, как дыхание друга становится ровнее и разглаживаются черты лица.
— Na also![454] — удовлетворенно заметил Бас и похлопал Джоша по левой, не изуродованной щеке, заросшей рыжеватой щетиной. — Давай, босс, приходи в себя. Надо валить отсюда…
— Катрин, — услышал он и прыснул:
— Я на нее похож?.. Красивая, должно быть, женщина.
— Бас? — взгляд Джоша чуть прояснился. — Где я?
— В полной заднице, — констатировал фон Арденн. — Впрочем, как и я. И из этой задницы нам нужно срочно выбираться. Но позволь заметить, босс, что мы не оказались бы в ней, если б не проститутка, которую ты притащил в мансарду.
— Что-о? Ты что несешь, сопляк! — прохрипел Джош.
— Я тебя не осуждаю, — серьезно продолжал Бас. — Но надо все ж быть осторожнее…
— Какая проститутка! Я тебе сейчас это слово в глотку затолкаю! У меня была… у меня была Катрин! — выпалил он наконец.
— Что? — Бас несколько раз хлопнул светлыми ресницами. — Как? Та самая Катрин?
— Не тупи, — проворчал Джош. — Какая же еще…
— Тогда наши дела совсем плохи, — покачал головой Себастьян. — Если Изабель узнает…
— Уже узнала. Кто-то стукнул, и она застала нас на месте… преступления, — тут до Джоша начло что-то доходить. — А куда же делась Катрин? Эта французская сука способна на все, даже на убийство.
— Французская сука — это мадам де Бофор? — уточнил на всякий случай Бас. — Тогда она забрала ее с собой. Но мы обсудим это позже. Пока надо убираться отсюда.
— Тогда пошли, — Джош резко оторвал голову от пола, и сразу же со стоном откинулся обратно. — Shit![455]
— Именно так, — вздохнул Себастьян. — У тебя практически инфаркт. Тебе нужен покой.
— Вот сейчас вернется Изабель и будет мне полный покой. Вечный покой. Валить надо.
— Куда тебе ввели чип? — Бас уже доставал из рюкзака укладку с хирургическими инструментами.
— В левое плечо.
— Обезболивающее вколоть?
— Нет времени, давай так.
Бас недрогнувшей рукой сделал мастерский надрез, тонким пинцетом извлек чип и наложил скобы.
— Та-ак… обработаем антисептиком. Терпишь, босс? Молодец! Все… теперь пластырь… Готово! Что теперь?
— Надо сматываться, они скоро вернутся. Здесь Аль Ауф и Тонтон. У них на нас с тобой большой и острый зуб.
— Им нынче не до нас. Лежат у тебя в квартире с простреленными головами. Но сматываться надо — и побыстрее.
— Куда мы пойдем?
— Нас ждут в Дефансе.
— Кто ждет? О'Нил?
— Да.
— Боюсь тебя разочаровать, малыш, но она — человек Изабель.
— Боюсь тебя разочаровать, Großfater[456], но люди не так плохи, какими ты их считаешь. Я полностью доверяю Бриджит. Она не предаст.
— Но кто-то же нас предал, — Джош отвернулся. — Я должен найти Катрин. Где она?
— Я не знаю, босс, — Себастьян сокрушенно покачал головой. — Но боюсь, она у Изабель.
Джош молчал, но Бас видел, что тот готов взорваться от ярости, что отчаяние вот-вот выплеснется из него неистовым гневом.
— Успокойся, — произнес он и Джош поднял на него глаза, полные боли. Несколько раз глубоко вздохнул, а потом заговорил:
— Мне надо подняться наверх и во что-то одеться. Я не могу полуголым разгуливать по городу.
— Не нужно подниматься, — Бас похвалил себя за предусмотрительность и начал извлекать из рюкзака свои вещи: — Какой у тебя размер обуви?
— Сорок шесть.
— Das kommt wie bestellt![457] Надевай!
Видя, что Джошу трудно двигаться, Себастьян стал ему помогать: — So ein Mist![458] Что-то ты совсем плох. Мы не можем ехать на метро. Придется на этом фургоне.
— Нельзя. На нем может быть маячок. На нашем пежо тоже нельзя. Его наверняка отследят по GPS.
Себастьян кивнул: — Ты прав, босс. Давай вызовем такси?
Джош покачал головой: — Сдурел? Угоним машину. Такую, которая не бросается в глаза.
— Угоним машину? — Себастьян был шокирован. Разбитое окно «Ниссана» — самое серьезное его правонарушение за двадцать семь лет жизни. — Я не могу.
— Конечно, можешь… Тем более, других вариантов у нас нет. Я бы сам, но…
— Schön![459] — Себастьян в ужасе зажмурился. — Говори, что надо делать!..
…— Вот так мы здесь и оказались, — заключил Себастьян, обнимая девушку. — Представляешь, я угнал машину! Сам!..
Но Бриджит мало интересовали подвиги Баса.
— Значит, я — предательница? — желчно поинтересовалась она.
— А я — проститутка? — вторила ей Катрин.
Обе они многообещающе смотрели на Джоша — тот привалился к стене, лицо было серого цвета, губы бледные и сухие, а глаза, всегда ясные, словно летнее небо, заволокла болезненная муть.
— Дамы, вы оторвете ему голову позже, — вмешался Фафнир. — Нам пора что-то решать.
