– Чудеса, – подивился я, трогаясь с места. – Насоветовал такие зигзаги, что голову сломаешь.
Доехав до развилки с первым поворотом, о котором сказал мутный дядька, я выжал тормоз и задумался.
– Направо пойдешь – машину потеряешь, налево – себя любимого, а прямо – и то и другое, – перефразировал я вслух слова известной сказки, вспоминая, что до отключения навигатор вел меня прямо, именно тем маршрутом, по которому не советовал ехать грубый старикан. – Эх, была не была! Где морпехи – там победа!
Я повел машину вперед и оказался на очень узкой дороге с разбитым асфальтом, проложенным, судя по виду, еще лет сорок назад. Густой хвойный лес по краям ветхого полотна источал яркий запах, проникая в салон через припущенные окна и наполняя его приятной свежестью, какой не похвастаться любому, даже самому экологичному городу.
Через несколько сотен метров потресканный асфальт начал застилать туман. Краски вокруг помрачнели, накатила прохлада. Краем глаза я уловил за обочиной деревянный крест, воткнутый в землю на полянке перед лесом. Подъехав ближе, я смог разглядеть на нем таблички с фотографиями и ведерко с искусственными цветами у гниющего подножия.
Я перевел взгляд обратно на дорогу, и передо мной, чуть поодаль, материализовались три фигуры! Это были двое мужчин в мотоциклетных шлемах, а между ними стояла женщина в белом свадебном платье. Троицу окутывал разрастающийся все сильнее туман. Обалдевший, я дал по тормозам и ударился лбом об руль – клаксон неприятно протрубил на всю округу. Придя в себя, я поднял голову и откинулся на сиденье. Когда картинка перед моими глазами прояснилась, на дороге уже никто не стоял. Я посмотрел на себя в зеркало заднего вида: лоб разродился шишкой с кровоподтеком и сильно щипал.
– Твою ж кавалерию с пехотой! – Я раздраженно потер лоб рукой. – Надо же такой глюк словить!
Посмотрел время на смартфоне.
– Черт, полчаса всего осталось! – бросил я и спешно тронулся, забыв про боль.
Не успела машина проехать и ста метров, как сзади раздался рев мотоциклетных моторов, и через несколько секунд заскрежетал металл, а за ним последовали дикие человеческие вопли. Я опять дал по тормозам, но на этот раз не резко, чтобы не удариться, и повернулся: никого на дороге не было, одинокий крест стоял на своем месте.
– Это ведь не серьезно? – Я оторопел.
Дорога становилась непроглядной. Включив противотуманки, я двинулся дальше, ускоряя машину насколько это возможно, чтобы не опоздать на похороны.
И снова, едва проехав несколько десятков метров, я услышал уже знакомый рев, но на этот раз перед капотом выскочили два мчащихся на большой скорости мотоцикла, устроившие между собой гонку! Одним мотоциклом управлял мужчина в строгом костюме, а сзади, обхватив его руками за туловище, сидела «та» женщина в свадебном платье. Второй мотоциклист в камуфляже цвета хаки гнался за ними с ружьем за спиной наперевес. Оба выписывали на дороге опасные траектории. В какой-то момент первый развернулся юзом и, пыльно пробуксовав, помчался на меня, выбрасывая позади мотоцикла темно-серую гарь и оставляя на асфальте черные следы шин. Преследующий сделал тоже самое, повторив опасный маневр, и погнался следом. Я резко вывернул руль вправо и улетел в кювет…
Позади лязгало железо и звучали страшные крики людей…
Я пришел в себя не сразу. Машину, слава Богу, не перевернуло, она лишь зависла боком на небольшом склоне перед лесом. Я завелся, и мне кое-как удалось выехать на дорогу. Туман исчез, видимость прояснилась. Я остановился и вышел. Оглядевшись вокруг, никого и ничего странного не увидел. Место, откуда доносились звуки аварии, оставалось безлюдным. Крест по-прежнему торчал из земли на лысой полянке. Очумелый от произошедшего, я сел обратно в машину и покатил, время от времени озираясь по сторонам.
Вскоре я съехал с этой злосчастной дороги, и моим глазам открылся деревенский простор. На обочине стоял покосившийся знак с подтертой надписью:
ПЫТАЛОВО
Справа, метрах в трехстах, как на ладони раскинулось местное кладбище, на котором наблюдалась оживленность. Я повел машину туда.
Подъехав к воротам, спешился и быстро зашагал к собравшейся возле гроба толпе. Подойдя к родителям Петра, я принес им соболезнования, притронулся к руке боевого товарища, склонив голову, и встал постоять с другими. Родители сердечно поблагодарили меня за приезд и внимание к их сыну. Пётр лежал в гробу с легкой улыбкой на фоне исполосовавших лицо шрамов. Когда все направились к его дому на поминки, я отстал от толпы с одной симпатичной девчонкой и спросил ее про «ту» дорогу. Она хитро на меня посмотрела и рассказала одну местную историю: