Мессир Людовик Испанский, который был маршалом французского войска, примчался в горевший лагерь и увидел графиню и ее людей, отступавших с крайней поспешностью. Тогда устремился он в погоню, дабы настичь их, если сумеет. С ним было большое количество латников. Ведя преследование, они убили и ранили нескольких противников, которые скакали на плохих лошадях и не могли поспевать за теми, у кого лошади были резвые. Тем не менее графиня мчалась так быстро, что успела укрыться в добром замке Брест с большей частью своего отряда. Жители города и замка приняли и чествовали ее с великой радостью.
Когда мессир Людовик Испанский узнал от захваченных пленников, что это сама графиня совершила вылазку и ускользнула от него, то вернулся в лагерь и поведал о случившемся сеньорам и прочим. Те испытали великое изумление. Ничуть не меньше были поражены и защитники Энбона. У них в уме не укладывалось, как их госпожа смогла придумать и отважилась исполнить такое дело. Однако они всю ночь провели в великих терзаниях из-за того, что ни сама дама, ни люди из ее отряда не возвращались. И если осажденные не знали, что думать и на что решиться, в этом не было ничего удивительного.
На следующий день французские сеньоры, потерявшие свои шатры и припасы, решили на совете, что расположатся еще ближе к городу, в шалашах из бревен и листвы, и впредь будут вести себя осмотрительней. Затем они с немалым трудом стали разбивать лагерь как можно ближе к Энбону. При этом они часто кричали его защитникам:
«Ступайте, сеньоры! Ступайте поискать вашу графиню! Конечно, она пропала, — вы уже никогда ее не найдете!»
Когда латники и другие осажденные услышали эти речи, то пришли в смятение и ужас, думая, что с их госпожой случилась большая беда. Они не знали, чему верить, поскольку графиня до сих пор не возвращалась и не было от нее никаких вестей. В этом страхе оставались они на протяжении пяти дней.
Графиня не сомневалась, что ее люди пребывают из-за нее в великой тревоге и большом опасении. Поэтому она расстаралась так, что собрала не менее 500 латников на добрых конях. Затем, примерно в полночь, она покинула Брест и как раз в пору солнечного восхода подъехала к Энбону, миновав стороной осадный лагерь. Графиня приказала открыть ворота города и вступила в него с великой радостью, под громкое звучание труб и барабанов, из-за чего в лагере поднялась большая тревога. Все в нём вооружились и побежали к городу, чтобы начать штурм, а воины гарнизона бросились к бойницам, чтобы обороняться. Начался большой и мощный приступ, который продолжался до часа ранних нон, однако у нападавших потерь было больше, чем у оборонявшихся. Примерно в час нон сеньоры велели прекратить штурм, ибо их люди гибли и получали раны без пользы. И отступили они в свой лагерь. Там, на совете, они согласовали и постановили, что мессир Карл де Блуа пойдет осаждать замок Орэ, некогда построенный и укрепленный по приказу короля Артура. Вместе с ним туда отправятся герцог Бурбонский, брат мессира Карла граф Блуаский, маршал Франции, мессир Робер Бертран, мессир Эрви де Леон и часть генуэзцев. В то же время мессир Людовик Испанский и виконт де Роган со всеми остальными генуэзцами и испанцами задержатся под Энбоном, велят привезти к ним 12 больших осадных машин, оставленных ими в Ренне, и начнут забрасывать камнями город и замок. Ведь они хорошо видели, что иначе Энбон не захватить и все их приступы будут бесполезны.
Итак, всё войско разделилось на две части. Одна осталась под Энбоном, а другая пошла осаждать замок Орэ, находившийся неподалеку. О нём-то мы сейчас и поведем рассказ, отложив на время все другие.
I-Мессир Карл де Блуа пришел со своим войском под замок Орэ, стоявший неподалеку от Энбона-II[1258]. Раскинув вокруг него лагерь, он велел устраивать штурмы и стычки. У осажденных было достаточно латников и припасов, чтобы выдержать такую осаду. Поэтому, желая и дальше служить графине, которая уже сделала им много добра, они отказались сдаться и подчиниться монсеньору Карлу де Блуа, несмотря на его щедрые обещания. Всего в крепости было 200 боеспособных воинов. Их начальниками и капитанами были два местных рыцаря, весьма отважных и решительных — мессир Анри де Пенфор и мессир Оливье, его брат.
