И с той, и с другой стороны можно было видеть смелые атаки, прекрасные примеры взаимовыручки, славные ратные подвиги и множество доблестных деяний. Превыше всех остальных там отличился благородный рыцарь мессир Готье де Мони, снискав за это похвалу и крики восхищения, и все его соратники тоже вели себя очень отважно и превосходно сражались. Когда они увидели, что пора отступать, то неспешно и осмотрительно отошли к крепостным рвам. Давая отпор всем нападавшим, они продержались там до тех пор, пока их люди не укрылись за стенами Энбона. И знайте, что другие лучники, которые не участвовали в разрушении машин, выступили из города и, построившись возле рва, начали стрелять так сильно, что противнику пришлось попятиться, теряя при этом большое количество людей и коней, убитыми и ранеными. Когда французские сеньоры увидели, что их люди находятся под обстрелом и несут напрасные потери, ничего при этом не захватывая, то велели им отступить в свои расположения. После того как все отступили, воины гарнизона тоже разошлись по своим квартирам.
Кто тогда увидел бы, как графиня выходит из замка в город и с великой радостью целует монсеньора Готье де Мони и его соратников, одного за другим, по два или три раза, вполне мог бы сказать: вот это смелая дама!
На следующий день мессир Людовик Испанский призвал к себе виконта де Рогана, епископа Леонского, монсеньора Эрви де Леона и начальника генуэзцев, дабы посовещаться и решить, как им действовать дальше. Ведь они видели, что город Энбон сильно укреплен, а в его гарнизон прибыло большое пополнение, и в частности лучники, которые полностью брали над ними верх. Они напрасно теряли время и силы, не находя путей и способов, чтобы захватить город. Поэтому все сошлись на том, что следующим днем снимутся с лагеря и направятся к замку Орэ, осаду которого вели мессир Карл де Блуа и другие сеньоры Франции.
На следующий день, ранним утром, они, как и постановили, собрали свое снаряжение и выступили в путь. Видя, что враги уходят, защитники Энбона стали очень громко горланить им вслед, а некоторые сделали вылазку, чтобы попытаться захватить добычу. Однако их отогнали назад, и они потеряли некоторых своих товарищей, прежде чем смогли укрыться в городе.
Когда мессир Людовик Испанский со своим войском прибыл в лагерь монсеньора Карла де Блуа, то объяснил ему причину, по которой прекратил осаду Энбона. После очень обстоятельного совещания они решили, что названный мессир Людовик I-и все прибывшие вместе с ним-II[1267] пойдут осаждать добрый город Динан, который был защищен лишь рвами с водой и палисадами. Таким образом, Энбон был надолго оставлен в покое, что позволило сделать укрепления города более мощными и пополнить его припасами.
Мессир Людовик Испанский пошел со своим войском осаждать Динан. Направляясь туда, он проследовал довольно близко от старого замка, называемого Конке. Кастеляном замка, от имени графини, был один рыцарь из III-Ломбардии-IV[1268], добрый и чрезвычайно храбрый воитель, коего звали мессир Мансион. При нем находилось много солдат-наемников.
Когда названный мессир Людовик услышал, что замок Конке держит сторону графини, то велел, чтобы войско подступило к нему и устроило мощный штурм. Гарнизон оборонялся столь хорошо, что приступ продолжался до самой ночи, а затем войско расположилось вокруг замка.
На следующий день мессир Людовик приказал возобновить штурм. Поскольку рвы были не очень глубокими, нападающие подступили к стенам столь близко, что смогли проделать там одну большую брешь. Через нее они силой ворвались в замок и предали смерти всех его защитников, кроме рыцаря, коего взяли в плен. Для охраны замка отрядили нового кастеляна, доброго и надежного, с шестьюдесятью воинами. Затем мессир Людовик выступил из Конке и пошел осаждать добрый город Динан.
Графиня де Монфор и мессир Готье де Мони услышали весть о том, что мессир Людовик Испанский и всё его войско остановились под замком Конке. Тогда мессир Готье де Мони призвал всех соратников-наемников[1269] и сказал им, что, если они смогут снять осаду и разбить монсеньора Людовика, это будет очень славное приключение, и никогда еще воинам не выпадала столь великая честь, какая достанется им.
Все воины с ним согласились. Следующим утром они выступили из Энбона и двинулись в путь с великим воодушевлением — лишь немногие остались в городе. Так ехали они, пока примерно в час нон не прибыли под замок Конке. Однако выяснилось, что противник захватил замок днем ранее, перебив всех его защитников, кроме рыцаря монсеньора Мансиона, который был кастеляном; французы пополнили Конке всеми припасами и отрядили туда новый гарнизон.
