Таким вот образом, как вам было рассказано, попали в плен вышеназванные бретонские рыцари. Англичане устроили бы по этому поводу большое празднество, если бы сир Стаффорд тоже не оказался в плену. После этого штурма больше не совершалось никаких столь же громких ратных деяний, так как обе стороны проявляли осторожность.
Теперь поведаем о короле Англии, который осадил Динан. Просидев под городом три дня, король обдумал и рассмотрел, как бы им овладеть, и решил, что его вполне можно взять, ибо он укреплен лишь палисадами. Тогда король велел разыскать и раздобыть большое количество челнов. Лучники погрузились на них, подплыли к самым палисадам и начали яростно их штурмовать. Они столь густо стреляли в защитников, что едва ли кто-нибудь осмеливался показаться из-за укреплений. Среди этих лучников были и другие воины, вооруженные большими и хорошо заточенными секирами. Пока лучники стреляли по защитникам, они рубили палисады и в короткое время сильно повредили большой их участок. Обрушив его наземь, они ворвались в город.
Когда горожане увидели, что палисады сломаны и англичане наступают с великим напором, то совсем перепугались и стали сбегаться на рыночную площадь. Однако они не смогли там сплотиться, ибо англичане, которые высадились из челнов, пришли к воротам и открыли их. Затем в город вступили и все другие воины. Так был Динан Бретонский полностью захвачен, разорен и разграблен. Англичане взяли в плен местного капитана, мессира Пьера Портебёфа, и всех, кого пожелали. Они захватили большую добычу, ибо город был чрезвычайно богат и полон всякого добра и товаров.
Исполнив свой замысел и желание относительно Динана Бретонского, король Англии выступил из города, оставив его совершенно пустым, ибо решил на совете, что его не стоит удерживать. Затем он избрал путь на Ванн. Когда он ехал туда, к нему пришли вести о пленении сеньора де Клиссона и монсеньора Эрви де Леона. Очень обрадованный, король вернулся под Ванн и расположился в осадном лагере.
Однако расскажем вам немного о монсеньоре Людовике Испанском, мессире Карло Гримальди и монсеньоре Отоне Дориа. В ту пору они были морскими адмиралами и распоряжались восемью галерами, тринадцатью баржами и тридцатью нефами, на которых было много генуэзцев и испанцев. Плавая по морю между Бретанью и Англией, они много раз наносили тяжелый ущерб англичанам, которые везли припасы для войска, осаждавшего Ванн. Однажды они совершили нападение на флот короля Англии, который стоял на якоре в малом порту поблизости от Ванна и не слишком хорошо охранялся. Они убили почти всех, кто стерег корабли, и нанесли бы еще больший ущерб, если бы туда не примчались англичане, сидевшие под Ванном. Когда весть о нападении пришла в лагерь, все наперегонки устремились к кораблям. Тем не менее они не успели помешать названному мессиру Людовику и его воинам увести в море четыре нефа, нагруженных припасами. Три из них были потоплены, а те, кто на них находился, погибли.
Тогда королю посоветовали, чтобы он велел отвести I-свой флот в гавань Энбона-II[1294]. Именно так и было сделано. А тем временем осада городов Ванна, Нанта и Ренна продолжалась.
Теперь мы вернемся к герцогу Нормандскому и расскажем о том, как он совершил поход в Бретань в тот же сезон, дабы поддержать своего кузена, монсеньора Карла де Блуа. Герцог устроил сбор латников в городе Анжере. I-Он торопился, как мог, ибо слышал, что король Англии тяжко изводит земли Бретани, осаждая три цитадели, и уже взял добрый город Динан. Наконец герцог выступил из Анжера с очень внушительным войском, в котором было более четырех тысяч латников и тридцати тысяч других людей -II[1295]. Весь обоз направился по большой дороге к Нанту. И вели его два маршала Франции — сир де Монморанси и сир де Сен-Венан. Затем ехал сам герцог, его дядя граф Алансонский и его кузен граф Блуаский. В походе также участвовали герцог Бурбонский, мессир Жак де Бурбон, граф Понтьё, граф Булоньский, граф Вандомский, граф Даммартенский, сир де Кран, сир де Куси, сир де Сюлли, сир де Фьенн, сир де Руа и столько еще баронов и рыцарей из Нормандии, Оверни, Берри, Лимузена, Анжу, Мэна, Пуату и Сентонжа, что я никогда бы не смог перечислить их всех поименно. И каждый день их число возрастало, ибо король Франции объявил дополнительный призыв, поскольку слышал, что король Англии прибыл в Бретань с очень большими силами.
