– То есть как это? Он что, вас не любит?
– Нет, он просто со мной не знаком, мы в одном офисе работаем, и он мне очень нравится, я от него детей хочу, а он… – хныкнула она так сильно, что стая ворон с соседнего дерева, не в силах терпеть эту драму, улетела прочь из города. – Он этой мымре Кате кофе вчера купил.
Дворнику показалось, что его затягивает в какой-то водоворот бреда, и если он будет продолжать общение, то уже не сможет вылезти наружу и сам залезет на дерево.
– А эта мымра… – начал он.
– Не называйте ее так, она моя подруга вообще-то!
– Хорошо, а эта Катя тоже от него детей хочет?
– Нет, у Кати своих двое уже.
Дворник тяжело вздохнул. Его внутренний стержень начинал ослабевать. В данный момент он с наслаждением вспоминал беседы с пьяницами и бомжами, которые так ненавидел в обычное время. Но у тех в словах хотя бы присутствовала логика, и от них можно было уйти, а тут…
– Может, вам сто́ит узнать у него по поводу детей? Попросите, наверняка он не откажет вам в помощи.
– Да за кого вы меня принимаете?!
Береза затряслась, и на асфальт полетели листья.
– Эй! А ну не трясите! – послышался злобный бубнеж, а затем звук шаркающей метлы. – Им еще до октября желтеть.
– Извините. Я же не девушка легкого поведения, зачем мне дети без мужа? Мне нужно, чтобы он за мной ухаживал, на такси возил, цветы дарил и кофе покупал, а потом в загс повел.
– А ему вы об этом говорили?
– Нет. А вдруг он скажет «нет»?
– Ну, значит, не судьба.
– Как это – не судьба, если по звездам у нас полное совпадение? – на этот раз девушка огрызнулась.
– Ну так идите и не переживайте, раз у вас все судьбой предначертано!
– А вдруг он атеист и в судьбу не верит?!
Борис Петрович сел на бордюр и достал из кармана пачку сигарет, которую отобрал у школьников. Сам он не курил, но чувствовал, что вот-вот сорвется.
– Хотите, я с ним поговорю? – осенило его вдруг.
– Хочу. А что вы ему скажете?
– Скажу, чтобы он срочно бежал из страны, – прошептал себе под нос Петрович и тихонько похихикал.
– Я вообще-то вас слышу, – обидчиво промычала «высотница».
– Эвона как. Ладно, скажу, что я – это он, только из будущего. И если он не женится на вас, то станет дворником.
Наконец наступила тишина. Даже ветер перестал тревожить верхушки деревьев. Только странные вибрации исходили от березы и колыхали асфальт. Кажется, девушка размышляла.
– Думаете, сработает? – наконец раздался голос сверху.
– В данной ситуации? Уверен.
Береза затряслась, послышался хруст, дворник вскочил с бордюра и принялся подстраховывать. Медленно появилась нога, затем вторая, потом почему-то рука – девушка явно была акробаткой.
– Я застряла, – плакала она, – зацепилась ремнем за ветку.
Петрович поднял метлу и, точно крючком, начал снимать несчастную с ветки.
– Ай! – раздался треск, и женщина стремительно начала спускаться вниз.
Упав прямо в руки дворника, она придавила его к земле, где он распластался, точно осенний лист.
– По вторникам он обычно завтракает в пекарне на углу, столик у окна. Вам во вторник удобно? – спросила молодая особа с гнездом в волосах и размазанной по лицу тушью.
«Еще и накрасилась перед тем, как взбираться», – ворчал про себя Петрович.
– Удобно.
– Спасибо вам большое! Хотите, я вам новую метлу подарю?
Они вместе взглянули на сломанный при падении инструмент.
– Подарите мне обещание, что вы больше никогда не будете лазить по деревьям!
– Честное секретарское! – отдала девушка честь, приложив руку к гнезду.
Они разошлись, чтобы встретиться на этом самом месте через неделю.
– Вы зачем туда опять залезли? Он сказал вам «нет»?
– Он сказал «да»! Я пришла за советом, но у меня нет вашего номера, и я не знала, как вас найти. Решила воспользоваться старым способом, вы же не против?
– Да чего уж там, рассказывайте.
Когда все местные дети играли в казаков-разбойников, хали-хало, вышибалу и Царя горы, Вася играл в диету. Нет, Вася не был полным ребенком и не был больным. Папа не пил, маму уважал, да и денег у родителей было достаточно, чтобы Вася мог хоть каждый день есть блины с мясом и пить газировку вместо чая, но мальчуган не ел и не пил.
В то время как его сверстников заставляли жевать гречневую кашу через угрозы и мольбы, Вася уже умел эту самую гречку проращивать. Мальчишку этого боялись все местные и те, кому местные про Васю рассказывали. Дело в том, что парень сам вел мать в больницу, чтобы ему там сделали все необходимые прививки и даже больше – на случай, если родителям вдруг кольнет поехать в тропики или в китайскую провинцию.
В десять лет Васю обследовали больше десяти врачей, и по итогу диспансеризации парню был поставлен диагноз: ипохондрия в средней форме.
Ему бы поставили и тяжелую форму, но врача-сомнолога еще не было в их городке, его только собирались направить туда, и его прибытие ожидалось через три года, когда для поликлиники построят новое крыло. Вася сильно расстроился, потому что проблемы со сном у него точно были, а терапевт и детский психолог, по его мнению, слишком некомпетентны в таких узких вопросах.
