— Не можем, — ответил неорган. — Тут всё слишком сложно, слишком завязано на реал. Здесь мы бессильны.
— И ты тоже! — не преминул вставить Оранжевый. — Вляпаешься там — мы тебя не спасём, как в прошлый раз.
Вот заладили они: не лезь, не лезь. Одно ясно: помогать они не станут. А жаль. Ну, хорошо, Рыжий хотя бы жив. Хотя есть ещё Хельга, но два источника информации лучше, чем один. Этакая перестраховка получается.
— Ну, хорошо, — согласился я. — Пойдём в библиотеку?
Оранжевый оценивающе прищурился и помотал головой.
— Неа, ты всё потратил на то, чтобы пролезть через несколько слоёв в неорганический мир. Копи теперь силушку.
— Да ладно, я вполне так осознан! — завозмущался я.
И тут появилась музыка:
— Ту-ду-ду. Ту-ду-ту. Ду-дуд-туду-тудуд-ду — дам!
— Кажется, это за тобой, — заметил Оранжевый.
Я не сразу сообразил, о чём это он. И только когда мир смазался, мелькнув цветной полосой, и вокруг разлилась темнота, пришло понимание: это будильник. Я открыл глаза в спальне. Мандалы не светились.
Собираясь на работу, я мысленно клял чёртовых неорганов, чтоб им икалось среди разноцветных нейронов! С другой стороны, они внезапно проявили, уж не знаю, как это назвать, сострадание, что ли, и проводили мать Ромы. И почему-то мне казалось, что в этом у них был какой-то свой собственный интерес. Они могли, конечно, и наврать. Но какой в этом был смысл? В любом случае, стоило сообщить об этом Роме. Наверняка ему сразу полегчает.
Вспомнив Машину реакцию, я решил позвонить ему днём. Маша будет на работе, или они оба будут на работе. Но, по крайней мере, не в одной квартире, и шанс нормально поговорить возрастал.
Свободная минутка выдалась у меня ближе к одиннадцати.
Я зашёл в кабинет и набрал Рому. С досадой выслушал, что абонент недоступен. Что за жесть? Не совсем же он плох, если только тут не вмешалась Маша и не отобрала телефон. Я нашёл в справочнике Дениса, набрал его и долго слушал гудки. Думал уже сбросить вызов, когда в трубке раздался приглушенный голос.
— Привет, Андрей.
— Привет, что-то до Ромы не могу дозвониться, — я перешёл сразу к делу. — Он на работе?
— Д-да, — Денис замялся. — Но, он немного… ну, снова в депрессии. Маша от него не отходит…
— Телефон отобрала, — закончил я. — Можешь дать ему трубку?
— Н-не уверен, что это хорошая идея, — снова стал запинаться Денис. — Она клянёт магию и сны, считает, что это вы с Коляном виноваты. Наверное, насчёт плитки. А что, вы уже пробовали, и она не сработала?
— Прогуливать не надо ремонт и общие сходки под предлогом написания диссертации, — нагло засмеялся я. — А так да, не сработало. Но дело не в ней. Мне надо кое-что передать Роме. Ему сразу станет лучше.
— Даже не знаю… — протянул Денис.
Я просмотрел на часы. Долбаные переговоры через пять минут.
— Окей, Маша ведь там? Дай ей телефон.
— Серьезно? — удивился Денис.
— Да, давай!
Долго ждать не пришлось.
— Я слушаю, — если бы Маша умела убивать голосом, я бы тут же упал замертво.
— Мне надо кое-что сказать Роме, чтобы он не переживал… — начал я.
— Ага, ты хотя бы знаешь, что с ним было?! — почти крикнула Маша. — Доигрались!
— Это улучшит его состояние, — я проигнорировал реплику. — Он как раз по этому поводу переживает. И я скажу…
— Ничего ты не скажешь! И в лабораторию больше не придёшь! — тут Маша уже закричала. — Вам всё шутки. Чуть человека не угробили!
— Маша…
— Близко тебя к нему не подпущу, ясно? — в голосе девушки послышался металл.
— Во снах тоже будешь охранять? — уточнил я. — Или запретишь ему спать?
— Что? — Маша задохнулась от возмущения.
— Если не дашь сейчас с ним поговорить, я приду во сне. И ты никак меня не остановишь. Для магии нет расстояния. А ты здесь — и вовсе не препятствие.
— Да ты… — Маша прервалась, и я представил, как она там, стоя в приталенном халатике в лаборатории, хватает ртом воздух. — Да он ведь друг тебе, скотина!
— Друг, — согласился я. — Поэтому дай ему трубку, и я скажу, что ему не о чем беспокоиться. Вот увидишь, ему сразу полегчает.
Я посмотрел на часы и пошёл по коридору в противоположную от переговорной сторону. Того и гляди, выскочит секретарша меня искать.
— Андрей? — голос Ромы в трубке был тихим и усталым. Мне сразу представился его образ из сна после битвы с претами. Бледный и обессиленный.
— Привет. Мои неорганы, Фиолетовый и Оранжевый, просили передать тебе, что проводили твою мать в следующее воплощение. Она больше не прета. Её душа ушла в цикл перерождения, — сообщил я.
В трубке повисла тишина. Непонятно было, слушает он или нет.
— Они говорят, это хороший мир, Ром, — добавил я. — Ты меня слышишь?
— Да. Спасибо, — голос его не стал бодрее. — Алекс как?
— Они отказались помочь, но поставили барьер. Он не сможет попасть к нам в сны. Правда, и мы к нему тоже.
— Ясно. Вот почему я не смог, — пробормотал Рома.
— Теперь и не надо. А с Коляновой проблемой мы что-нибудь придумаем. Дожмём Рыжего в реале.
— Хорошо, — опять бесцветный голос. Таблетками они, что ли, его напичкали.
Я посмотрел на часы и развернулся уже в сторону переговорной.
