— Ага, я как раз собирался показать Андрею, как Жора устроился, — Рома повернулся и пошёл к одной из комнат. Я припомнил, что в прошлый раз там был зал с диваном и заваленным лекарствами столиком. Интересно прямо, как там обстановка преобразилась.
Я взглянул на Лею и понял, что рассказывать всё придётся самому. Рома и так, наверное, сделал титанические для него усилия по организации встречи.
— Вот, входите, — дверь в комнату распахнулась.
Преобразилось всё. Никакого шкафа во всю стену и совковых обоев. Ковёр тоже исчез. Пол теперь укрывал светлый ламинат, стены тоже были светлыми, с едва заметным рисунком из тонких бледно-зеленых листьев. Скорее это напоминало небрежно нанесённую фактуру, чем полноценный рисунок. И только одна дальняя стена выделялась — там во всю ширину, от пола и до самого потолка красовались фотообои: сосновый бор с просвечивающим сквозь ветки солнцем. Там же стоял и диван, но не тот, старый, а широкий кожаный красавец, как в «Крёстном отце» прям. Шикарный.
На стене напротив висел телик, а приглядевшись, я заметил натыканные по комнате светлые колонки. Совсем как у отца система.
Но самое интересное было под потолком — натянутые от стены к стене лесенки, всевозможные жердочки, торчащие отовсюду. А в самом дальнем углу комнаты висело овальное гнездо из коричневого ротанга, немного похожее на подвесное кресло, которые везде сейчас продают, но меньше.
— Жора там? Да?! — Лея ткнула пальцем в гнездо.
— Ага, спит ещё.
— Здорово он устроился. Тут курорт прямо, — я шагнул внутрь и снова чуть не налетел на чёрное. Робот пылесос! Чтоб тебя, вездесущий!
Машинка подъехала к стене и стала вертеть боками, паркуясь к базе. Рядом на зарядке стоял её квадратный собрат.
— А этот зачем? — заинтересовался я.
— Ну как, один пылесосит, другой протирает. Мы… — Рома осекся. — Я запускаю их тут периодически. Жора же.
— А мне обои нравятся! Как в лесу, — Лея остановилась посреди комнаты и восторженно уставилась на фотостену.
— Ну да, это я специально. Хорошая настройка, — оживился Рома. — Из ложного пробуждения прямо в сосновый бор можно выйти. С Жорой вместе. Ему нравится.
В гнезде зашебуршало, и мы с Леей тут же уставились в угол. Но шуршание быстро затихло, сова не появилась.
— Он, бывает, так возится, — объяснил Рома. — Но сейчас не вылезет, часам к четырём, не раньше. Ну, вы устраивайтесь, а я чаю принесу, печенюх всяких. Тут у нас не только для Жоры место, но и для посиделок. Кухня-то маловата.
Он виновато улыбнулся мне и вышел. Ну всё, Андрей. Тебе и карты в руки.
Лея уселась на диван:
— Хорошо тут Роме. Он, знаешь, такой открытый стал в последнее время. Весёлый даже. Наверное, потому что с Жорой теперь вместе.
— Ага, с Жорой, — согласился я и уселся рядом. — Ну как? Готова выслушать магическую историю и узнать, зачем нам понадобился боевой маг для совместного ОС? Мне Рома всё рассказал о твоих способностях.
Лея улыбнулась, озорно сверкнула зелёными глазами и присвистнула:
— Ничего себе у вас планы! А вот мне он ничего не рассказал. Давай, выкладывай.
История получилась грустная. Даже описание экшена с Рыжим не отвлекло Лею от основного:
— Почему Колян ничего нам не рассказал? — спросила она. — Мы же команда, почти семья.
— Ну, может, не хотел, чтобы его жалели. Вряд ли вы могли хоть как-то помочь, — предположил я.
— Могли, — проворчала Лея, — поддержать обстановку своим вниманием. А может, для этого он нас всех собрал? И только?
— Ну прекрати! Вы мне тоже ничего не сказали про пробои в энергоструктуре и прочее, — напомнил я. — И ты доказывала мне, что это для моего же блага. Вот и тут. Он не хотел вас пугать. Или просто не хотел, чтобы его жалели.
Я помолчал и всё-таки добавил:
— Мне, кажется, он стыдится этого. Он же себя винит в случившемся. Как-то так.
— А Рома, значит, в курсе? — спросила Лея.
— Я сам увидел, — Рома стоял на пороге с деревянным подносом. Три чашки чая и гора шоколадных печенек — то, что надо, чтобы немного разрядить обстановку. — А Колян не стал отпираться и рассказал свою историю.
Рома поставил поднос прямо на диван со стороны Леи, а сам сел на освободившийся краешек.
— Да никто не в курсе из наших, кроме Ромы! Сам недавно узнал, да и то потому что Коляну понадобилось создать защиту из плитки, — я поймал себя на том, что стал оправдываться и замолчал.
Повисла тишина. Рома смотрел в пол, а я на Лею.
Девушка взяла с подноса чашку и отхлебнула. Завозился в гнезде филин.
— И Колян не должен знать, что я знаю? — уточнила она.
— Да, — кивнул Рома.
— Дела-а-а, — протянула Лея и взяла с подноса печеньку.
— Ну, мы ведь хотим ему помочь, значит, можно и рассказать. Тем более что он не подозревает своих некромантов, а зря.
— Они водят его за нос, а он доверяет им, а не нам, — девушка хрумкнула печеньем.
— Ну вот чего ты… — начал я.
— Ладно-ладно, — она подняла руку, отмахиваясь. — Я поняла, что ты хотел сказать. Всё сложно. Но мне же надо как-то переварить такое.
— Ясно, — я посмотрел на Рому. — Придётся нам заказать суши. С ними всё как-то легче переваривается.
После суши и более подробных расспросов нас обо всём Лея подобрела.
