Стычка, которая в представлении солдат занимала долгие часы, завершилась за десяток минут. Таргариен решил не тратить свои резервы, чтобы додавить остатки сопротивления. Принц хотел сохранить больше сил, а потому изменил тактику.
Вдоль ложбины, параллельно остаткам строя мятежников, принялись носиться лёгкие отряды всадников в кожаных доспехах, осыпая противника стрелами и ядовитыми насмешками, одновременно швыряя в солдат головами их лордов, убитых в первой схватке. Слаженная группа укрылась за щитами, пережидая обстрел, а потом принялась кидаться во врагов теми же самыми головами, чем повергла их в растерянность. Провокация не удалась.
Но время было на стороне защищающихся. И вот, основные силы мятежников подошли на расстояние полёта стрелы. Уже были видны их перекошенные от ярости лица и крепко сжатое оружие в руках. Тогда Таргариен применил свой последний козырь.
Подул рог, отчего войска Рейгара резко сдали назад. Заинтересовавшись причиной, Эддард, как и остальные отколовшиеся всадники, находящиеся ближе всего, вытянулся, изо всех сил стараясь рассмотреть за лесом знамён и гербов, что же происходит на дальнем холме. А когда увидели, то ему, как и остальным, осталось лишь молиться.
Три катапульты, в которые вкладывали сосуды Дикого огня. Первый же снаряд полетел… в сторону основных войск Моустаса, но разбился, не долетая до строя. Слишком хрупкие сосуды, слишком лёгкие снаряды и сильный ветер мешало точности наводчиков. Оттого Рейгар и не использовал их раньше. К Трезубцу незаметно катапульты было не подвести, а кидать снаряды в закрепившихся рыцарей Баратеона — рискованно. Несмотря на отступившие войска лоялистов, велик шанс попасть по своим из-за банальной случайности.
Но вот бросить сосуды в сторону большой армии врага, рядом с которой в пределах километра-двух нет никого из своих людей — отличное дело!
Зелёное пламя охватило травяной ковёр, превращая его в выжженное огненное пятно, которое не спешило гаснуть, продолжая гореть. Многочисленная пехота, а также кавалерия Запада и Речных земель, резко сдала назад, но тут выстрелили ещё две катапульты, одна из которых попала снарядом точно в цель, поджигая войска мятежников и вызывая дикие крики боли, гнева и страха.
Поняв, что дело плохо, Моустас направил ударный кулак оставшихся у него конных рыцарей прямо на врага. Они получили самоубийственную задачу — на полной скорости, пока ещё есть такая возможность, обойти пылающие впереди стены пламени, добраться сквозь полчища врагов до катапульт и уничтожить их.
Все понимали, что при разрушении хоть одного снаряда, скорее всего взорвутся остальные, вызвав целый вал пламени. Но воины были готовы отдать свои жизни. Четыре тысячи тяжёлых кавалеристов, вразнобой, выкрикивая боевые кличи и изо всех сил подбадривая себя, отправились на прорыв, на встречу смерти.
Но даже сейчас прорвалась лишь часть всадников, так как прямо им в «хвост» прилетел очередной сосуд, поджигая сразу десятки рыцарей и почти полностью отрезая пешие части армии восставших регионов. Грандлорды спешно отводили людей, чтобы не дать им всем бессмысленно сгореть. Были отправлены разведчики, чтобы найти новый путь через обходную, болотистую и лесистую местность, спасти ушедшую вперёд кавалерию и зажать войска Рейгара.
Тем временем, лоялисты разделили силы. Часть осталась защищать катапульты, которые временно прекратили обстрел, чтобы сделать поправку на передвижение основного войска мятежников. Наводчики пристально наблюдали за своими противниками, отдавая мастерам короткие, рубленные команды по поправкам.
Оставшиеся люди Таргариена начали подготовку для сокрушения выживших рыцарей Баратеона, которые никак не желали признавать свою смерть.
Королевская армия откровенно опасалась их. Слишком уж крепкий орешек собрался на этом пятачке земли! Отважные и праведные бойцы Долины, угрюмые ветераны из Штормовых земель, но наибольший страх им внушали бородатые северяне, чьи огромные щиты казались каменными стенами, а двуручные секиры и клинки были способны до пояса разрубить человека в доспехах. Оставшийся без лошади великан «Скачущая Гора» Григор Клиган, стоял перед строем западных рыцарей, выкрикивал ругательства и потрясал своим двуручным мечом. Когда один из отрядов горячих дорнийских всадников, не выдержав издевательств, налетели на него, Клиган со своими людьми за секунды изрубил их на кусочки.
