Все произошло так, как я и задумал. Фланговый маневр удался на славу — мы с Дарином зашли в тыл и набросились на солдат. Я первым добежал до легионеров и со всей силы ударил ближайшего бойца. Тот ловко прикрылся щитом и попытался в ответ уколоть меня копьем. Но на него сразу набросились еще трое гномов с кувалдами, и через пару секунд его щит был разбит вдребезги, а он сам валялся у нас под ногами. Строй имперцев рассыпался, в отработанном механизме произошел фатальный сбой. Сотня сначала остановилась, после чего отряд распался на индивидуальные стычки. Через двадцать минут с легионерами было покончено.
Я окинул взглядом поле боя, усеянное трупами, и тяжело вздохнул — по моим прикидкам в последней сшибке погибло не менее ста гномов! Это притом, что за всю утреннюю битву мы не потеряли и пятидесяти повстанцев. Грустная картина. Нас, по сути, спасло только везение. Если бы полковник приказал атаковать, да еще при поддержке мага… Еще один тяжелый вздох. Империя — страшный противник. Вот какой вывод я сделал для себя. Чтобы противостоять легиону, нужна выучка, классные доспехи, магическая поддержка и большая воля к победе! Стоп. О чем это я? Какая империя? Какая выучка?! Валить нужно из этого Средневековья. И побыстрее, пока не прирезали. Есть какой-то остров Магов. Нам там помогут. Я внезапно впал в легкий ступор — на меня навалился весь накопленный за все время пребывания в Дангоре стресс. В моем мозгу вскачь понеслись мысли, так некстати пробужденные воспоминанием о Земле.
— А давай на чистоту, Леша. — Рассуждал я про себя. — Допустим, там, на Острове Магов, помогут и отправят твою драгоценную задницу обратно на Землю. В уютную лондонскую квартирку с центральным отоплением, полицейским на углу и пиццей на заказ. Но этого ли ты хочешь? Бросить на произвол судьбы тех, кто тебе доверился? Поверил в тебя, чуть ли не как в бога? Или ты хочешь помочь униженным и угнетенным, как пафосно бы это не звучало? Ведь впервые в жизни у тебя появилась настоящая, мужская цель! Не прямую кишку набить получше, а людей спасти! Целый народ страдает и умирает в этом средневековом мире, а никому нет дела.
— Хорошо, просто замечательно — сам себе возразил я. — Ты, что, себя Спартаком номер два видишь? Чем он кончил, помнишь? Ладно он, а рабы которыми он руководил! Все оказались развешенные на столбах по обочинам римских дорог. Ладно бы быстро повешенными, а то распятыми! Люди в муках умирали несколько дней, а то и неделю!
В моем усталом мозгу конкретно произошло раздвоение личности. Одна личность — я бы ее назвал трусливо-практичный Лелик — требовала срочно сматывать отсюда удочки, другая — безрассудно-альтруистичный, бесшабашный Леха — выступал за помощь гномам. Нет, конечно, борьба с рабством — это светлая, историческая миссия. Но трусливо-практичный Лелик напоминал, что я сюда попал случайно, прогрессорством заниматься не нанимался, да и дело это бессмысленное. Общество должно само созреть к переменам и никакое внешнее насильственное изменение сложившегося порядка не прокатит. Допустим, шептал мне Лелик, ты добьешься отмены рабства в Империи, но в этом мире десятки стран. Помнится, Ютас говорил, что есть еще б
— Да, пошел ты в жопу! — отвечал Лелику Леха — Я не собираюсь по-тупому менять мир. Будем делать это по-умному. Сначала отведем гномов в Лесную Марку. Или ты предлагаешь тысячу с лишним живых и разумных существ бросить на растерзание Эсуниону? Или ты думаешь, что он простит это восстание?! Посмотри вокруг! Гномы уже жгут бараки. А Костиница? Да, ты
