Хроники Дао полностью

И они начали медленно кружить друг вокруг друга. Никто не делал быстрых движений, не было ни вычурных стоек, ни угроз, ни уловок – просто два старых мастера, желающих выяснить, кто из них лучше, два убежденных знатока боевых искусств, которые в состоянии сами позаботиться о честности поединка и собственной чести.

Уже из первого соприкосновения Сайхун понял, что его учителю несдобровать. Удары, которые свалили бы с ног и лошадь, безо всяких усилий отводились в сторону либо блокировались руками. Незнакомец сражался в низкой стойке, сохраняя прочное, устойчивое положение тела. Сайхун понял, что старик использовал стиль Слона.

Главной чертой этого стиля были движения рук, имитирующие слоновий хобот. Иными словами, руки действовали очень гибко, притом в самых неожиданных ракурсах. Если в других стилях применялись движения открытой ладонью, рубящие удары, тычки пальцами, то незнакомец в основном полагался на крепко сжатые кулаки. Стиль Слона основывался на технике Восьмиугольного Метеора – в отличие от простого удара кулаком каждый угол сжатого кулака здесь расценивался как подходящая точка контакта с противником. Удары костяшками пальцев с разгибанием кисти и предплечья, могучие удары снизу основанием кулака, хуки прижатым к кулаку большим пальцем и удары передней частью кулака с различных угловых направлений – таковы были лишь некоторые технические вариации.

Незнакомец неоднократно «доставал» Вана своими ударами, достаточно сильными, чтобы тело учителя отзывалось гулким звуком, но вместе с тем аккуратными, чтобы не поранить. Что ж, можно было ожидать, что боец с репутацией Вана в состоянии вытерпеть некоторое наказание. Сайхун видел и то, что старик попадал и в смертельные точки, куда обычно бьют, чтобы сразу покончить с противником. Но если это видел ученик, то значит и Ван Цзыпин чувствовал, что старик каждый раз спасает его от гибели: странствущий мастер не собирался уничтожать Вана, вполне довольствуясь демонстрацией своих умений и способности контролировать ситуацию., Они сражались пятнадцатиминутными раундами. Ван постепенно выдыхался. В пылу сражения он уже потерял свою тюбетейку, и Сайхун едва ли ее в первый раз увидел, что учитель задыхается и обильно истекает потом. Старик же дышал как ни в чем ие бывало. Он просто отошел в свободную часть зала, вежливо ожидая продолжения поединка. Ван Цзьшин испробовал вce известные ему техники, включая секретные, которым он никогда не обучал учеников, но все равно ему не удавалось превзойти таинственного гостя. $ целом они провели четыре раунда, посвятив схватке более часа. Старик.первым прекратил поединок.

~ - Благодарю, весьма обязан, – вежливо сообщил он в конце последнего раунда. – Ты был слишком добр, позволив мне остаться в живых.

– Нет, нет. Это я должен благодарить тебя, – задыхаясь, ответил Ван. ¦Сайхун изумился: впервые его учитель поблагодарил соперника!

Уже собираясь выйти из здания школы, старик подошел к Вану вплот-лую:

– Ты должен продолжать учить. Ты все еще достаточно хорош для этого.

Сайхун удивленно размышлял над неоспоримым преимуществом этого безвестного странника. Оставшийся безымянным, не имеющий ни карьеры, ни учеников старик заботился лишь о совершенстве своего искусства, но при этом внешне ничто не указывало на это. Действительно, осанка у него была яолучше, чем у других людей его возраста, да и ходил он более упруго и легко, чем многие молодые. Но все-таки ничто не говорило о его величии. Вот поче-щ_г подумал Сайхун, не стоит ни храбриться, ни выпячивать себя перед другими – всегда найдется кто-нибудь незнакомый, который поставит хвастуна «а место. Но во время поединков мысли о подобном смирешш были едва ли не последними его размышлениями. Однажды Сайхун бросил вызов даже самому Ван Цзыпину.

t«…Однажды Сайхун победил молодого воина родом из богатой семьи. Леаусловно, победа ученика была для Вана хорошей вестью – что еще нужно унетелю? Но в этом случае проблема заключалась в том, что побежденный ' €ыл сыном известного чиновника, противники которого всегда проигрывали, потому что им хорошо платили за это. Один лишь Сайхун пренебрег Фгами негласными правилами. Он нанес травмы юноше, но что горше всего - он унизил его гордость. Ван тут же призвал Сайхуна к ответу.

– Он заслужил это, – хмыкнул Сайхун. – Я не мог стерпеть похвальбы этого сопляка.

– Выбирай выражения, когда говоришь со мной! – резко бросил Ван.

– Я не собираюсь извиняться перед его семейкой!

– Это приказ!

– Никогда! – и Сайхун развернулся, собираясь уйти.

– Не смей поворачиваться ко мне спиной! – заорал Ван,

Подойдя почти к самой двери, Сайхун услышал за спиной свисг. Он вовремя повернул голову и только благодаря этому смог уклониться от тяжелой керамической подставки для кисточек. Подставка разлетелась вдребезги, куски ее оставили глубокие царапины на резном полу. Вне себя от ярости, Сайхун развернулся. Безусловно, этого не стоило делать – и все-таки он набросился на своего учителя.