— Когда он хотел бы меня видеть, Разер? — спросил Морган, будучи уверенным, что Орсаль ждет его как можно скорее, однако, помня, что на завтра у него был назначен сеанс связи с Дерри.
— Поедем сегодня, вместе со мной, — предложил Разер и вопросительно посмотрел на Моргана.
Морган покачал головой.
— Лучше завтра утром, — сказал он. — Он приказал Роберту и Гвидону оставить их. — «Рофалия» в порту. Я могу отплыть с отливом. Что вы скажете?
Разер пожал плечами:
— Что я могу сказать, Алярик. Я только простой посыльный, курьер. Все решает Орсаль. Я не знаю его мнения относительно моей задержки до утра.
— Ну ладно, — сказал Морган, хлопнув Разера по плечу товарищеским жестом. — Тогда поешьте и отдохните со своими людьми, прежде чем пуститесь в обратный путь. У меня гостит мой кузен Дункан, и мне хочется вас познакомить.
Разер поклонился.
— С удовольствием принимаю ваше предложение. А вы должны обещать, что расскажете все, что слышно от молодого короля, обо всех событиях, связанных с его коронацией. Орсаль до сих пор переживает, что не смог присутствовать на коронации.
Позднее, когда закончилось чествование Разера и подгулявший старый воин отправился домой, Моргана опять захватил в плен лорд Роберт. Роберт заявил, что сегодня они должны покончить со всеми делами, связанными с приданным Бронвин, так что они с Морганом вновь оказались в соляриуме со всеми необходимыми документами. Дункан отправился в мастерскую оружейника, где заказал себе новый меч, а Гвидон пошел прочесывать город в поисках песен.
Морган старался заставить себя безропотно слушать монотонный голос Роберта. Он напоминал себе по крайней мере уже в пятнадцатый раз, что все это необходимая часть его обязанностей герцога. Но это напоминание было так же малоэффективно, как и предыдущие четырнадцать.
Роберт читал о поместье Корворд, которое за заслуги перед королем Брион передал в вечное пользование отцу Моргана лорду Кеннету Моргану. За это Корворд обязался во время войны посылать королю трех воинов в полном вооружении.
Только Роберт открыл рот, чтобы начать следующий параграф, как дверь открылась и на пороге появился запыхавшийся Дункан. Он был бос и одет только в тренировочную одежду. Очевидно, он пробовал свое новое оружие в тренировочном бою. Через его плечо было перекинуто грубое серое полотенце, и он вытирал углом полотенца лицо, а в его левой руке был виден свернутый и запечатанный кусок пергамента.
— Только что принес курьер, — сказал он, улыбаясь, и бросил письмо на стол. — Я думаю, что письмо от Бронвин.
Он присел на край стола, кивнул Роберту в знак приветствия, но секретарь со вздохом отложил перо в сторону и с печальным выражением лица выпрямился. Морган с большим удовольствием сломал печать красного воска. В его глазах появилась теплота, когда он прочел первые строчки письма. Он откинулся на спинку кресла и улыбнулся.
— Твой блестящий братец умеет очаровывать женщин, Дункан, — сказал Морган. — Послушай, что она пишет:
«Мой дорогой брат Алярик, я едва могу поверить, что всего через несколько дней стану леди Бронвин Мак Лэйн, Графиня Корней, будущая герцогиня Кассан и, что важнее всего, женой моего обожаемого Кевина. Это кажется невероятным, но наша любовь, которая была огромна, с каждым часом становится все больше».
Он посмотрел на Дункана и понял бровь. Дункан покачал головой и улыбнулся.
«Возможно, это будет мое последнее письмо до того, как мы увидимся в Кулди, но Дюк Джаред требует, чтобы я писала покороче. Он и леди Маргарет завалили нас подарками, и он сказал, что сегодняшний будет самым ценным. Кевин шлет тебе привет и спрашивает, не сможешь ли ты одолжить на свадебные торжества трубадура Гвидона. Кевин был потрясен его искусством прошлой зимой в Валорете, так что мне тоже хочется услышать его.
Передай мою любовь Дункану, Дерри, лорду Роберту и скажи им, что я рада буду увидеть их в качестве моих гостей на свадьбе. И поторопись разделить счастливейшие дни с твоей любящей сестрой Бронвин».
Дункан вытер лицо, рассмеялся, взял письмо и перечитал его.
