Я вошел и во все глаза уставился на обладателя второго голоса, крупного пожилого господина с надменным породистым профилем и неотразимой улыбкой. Одет он был в совершенно ужасающее коричневое лоохи из грубой шерсти, о венчавшем его голову убогом тюрбане я и вспоминать на ночь глядя не хочу, но человеку-легенде еще и не такое простительно.
А сэр Кофа Йох был не просто легендой, а, если можно так выразиться, сказкой. Доброй сказкой о мудром и великодушном начальнике полиции Правого берега, которого любил весь город. Который в Смутные Времена ежедневно спасал больше людей, чем съедал пирожков – при том, что его отменный аппетит успел стать отдельной легендой, чрезвычайно популярной в среде столичных трактирщиков.
Коротко говоря, если именем Джуффина Халли в Ехо до сих пор пугают детей, то рассказами о сэре Кофе их развлекают и успокаивают. Хотя, близко узнав обоих за годы совместной работы, я начал думать, что справедливости ради следовало бы иногда менять местами их имена.
Созданию Кофиной репутации в немалой степени содействовала пресса. Когда сэр Рогро Жииль стал издавать первую в истории Соединенного Королевства газету и ломал голову над тем, как поднять ее популярность среди разборчивых столичных жителей, он придумал рубрику, где публиковались истории о Смутных Временах – не выдумки, а воспоминания очевидцев. Среди его сотрудников оказался бывший полицейский, который быстро сообразил, что можно по гроб жизни обеспечить себя гонорарами, рассказывая о приключениях собственного начальника. Сэр Кофа, привыкший по-отечески опекать своих бывших подчиненных, не возражал. В результате дела «Королевского голоса» резко пошли в гору, а на историях про умного, доброго и справедливого сэра Кофу Йоха выросло целое поколение детей. Я сам когда-то был преданным читателем этой рубрики и страшно сердился, что газета выходит всего один раз в день, а не, скажем, пять или сорок.
Оказаться лицом к лицу с главным героем любимых историй твоего детства – такое не с каждым случается. Поэтому я совершенно растерялся. Вроде бы прекрасно знал, что сэр Кофа Йох служит в Тайном Сыске со дня его основания. И вполне мог бы сообразить, что встреча с ним теперь не просто возможна, но и неизбежна. Однако не сообразил – просто не успел об этом подумать. Не до того как-то было.
Сам-то сэр Кофа, несомненно, был предупрежден о моем появлении. Во всяком случае, не стал спрашивать: «Кто это такой?» да «Почему нам помешали?» – а уставился на меня с невежливым, но лестным интересом.
– Хороший внук у Магистра Фило, – наконец сказал он Джуффину. – Только молодой до безобразия. И не говорите мне, что это пройдет. Сам знаю, что пройдет. Но очень, очень не скоро. Зато он принес вам удачу. Годовое жалованье уже, считайте, отработал, а там поглядим.
– Принес удачу? – обрадовался я. – То есть из меня получился талисман? Это и будет моя работа?
Эти двое обменялись ухмылками и принялись раскуривать трубки. Я внутренне содрогнулся.
– Часть твоей работы, – наконец сказал Джуффин. – Причем очень небольшая ее часть, так что не вздумай расслабляться. Но поработал ты и правда на славу.
– Было бы неплохо, если бы вы объяснили, что в данном контексте означает слово «поработал», – вежливо сказал я. – Просто для того, чтобы я лучше понимал свои обязанности. Потому что сегодня я успел только позавтракать и снять квартиру на улице Хмурых Туч. Самая невыгодная сделка в моей жизни! Но если это принесло вам хоть какую-то пользу, могу продолжить в том же духе…
– Ты сперва реши, чего на самом деле хочешь: получить ответ на вопрос или высказаться, – добродушно заметил сэр Кофа. – А потом уже тараторь или, напротив, помалкивай. В данном случае я бы порекомендовал второй вариант.
Я все взвесил и решил, что он прав. И заткнулся.
