Я был порядком озадачен. Удивительная, оказывается, штука время. Стоит остаться без часов, под тиканье которых мы все движемся с более-менее одной скоростью, и тут же выясняется, что у каждого время свое, просто нечасто выпадает случай сравнить. Вот и в мои две с половиной минуты уместилась четверть Джуффинова часа. Интересно, это всегда так или только в экстремальных ситуациях? И если всегда, насколько же больше, в таком случае, он должен успевать? Уму непостижимо.
Подсчеты, впрочем, не помешали мне наброситься на еду, которая и правда была чудо как хороша. Действие ее сказалось почти незамедлительно – проглотив всего пару кусков, я увидел собственную руку, вооруженную двузубой вилкой, и другую, сжимающую надкусанный пирожок. Руки были прозрачными – в точности как у давешнего призрака.
– Ну вылитый Обжора-хохотун, – одобрительно заметил шеф. – Ты бы еще посмеялся, что ли, для полного сходства.
– Не до смеха пока, – с набитым ртом огрызнулся я. – Голодный, как дюжина вурдалаков. Может быть, позже. – И перешел на Безмолвную речь, чтобы задать вопрос, который давно меня мучил: «А почему леди Хони так спокойно сидит? Сосед по застолью ей, конечно, суровый достался, не спорю. Но на ее месте я бы, пожалуй, еще поборолся».
– На его месте ты бы тоже сидел смирно, – вслух ответил сэр Джуффин. – Леди Сотофа любезно наложила на нашего пленника простое, но эффективное заклятие. Теперь он способен противостоять обстоятельствам примерно с тем же успехом, как платяной шкаф, который везут из лавки в дом. Однако при этом все видит, слышит и прекрасно понимает. Изощренная пытка. На мой взгляд, даже слишком. Жестокосердие ведьм Семилистника не знает границ, я всегда это говорил.
– Ничего, – отмахнулась леди Сотофа. – Потерпит. После того, что этот проходимец сделал с моей девочкой, я еще слишком ласково с ним обошлась. С другой стороны, не могла же я сожрать его целиком, не оставив ни кусочка старинному дружку.
– Спасибо, – сэр Джуффин, не вставая с кресла, изобразил нечто вроде поклона. – Ты всегда знаешь, чем меня порадовать.
– Погодите, – ошеломленно сказал я. – Именно «он»? То есть «пленник», а не «пленница»? А я-то, дурак, с куманским мороженым подъезжал. Выходит, даже хорошо, что мы так и не поцеловались… Ну ничего себе маскировка!
– Прости, сэр Мелифаро, забыл представить тебе нашу общую добычу. Старший Магистр Ордена Решеток и Зеркал Махони Анмахони к твоим услугам. Вернулся, понимаешь, из изгнания, только его нам здесь не хватало… Но его нынешняя внешность – не обычная маскировка. Ты, пожалуй, мог бы и сам догадаться, если бы немного подумал. Человек, затеявший обмен телами с Королем, был просто обязан сперва проверить, как это сработает. И для первого эксперимента Магистр Махони выбрал не абы кого, а послушницу Семилистника, поскольку к ее симпатичному телу прилагалось надежное убежище в Иафахе, о таком ни один заговорщик до сих пор мечтать не смел. Девочка, как и положено неопытной юной барышне, по уши втрескалась в таинственного незнакомца и с удовольствием втянулась в предложенную им игру с зельями из Куманского Халифата. Послушно вдыхала благовония в надежде на невиданную доселе близость с возлюбленным. Ну вот, донюхалась. Хорошо хоть этот засранец дорожит собственным телом, так что девочка в полном порядке. По улицам, хвала Магистрам, с криками не бегает, к маме вернуться не пытается, а спит себе, где положили, и видит сладкие сны. Надеюсь, леди Сотофа поможет влюбленным воссоединиться – не друг с дружкой, а с собственными телами. И уши своей подопечной потом надерет, чтобы впредь неповадно было.
– Вот это как раз совершенно ни к чему, – возразила леди Сотофа. – Девочка получила прекрасный опыт, я бы сама, при всем желании, не сумела устроить для нее более полезное приключение. Из юных леди, обиженных на весь мир в лице вероломного возлюбленного, получаются бойкие и бесстрашные ведьмы. А обида обычно незаметно проходит в процессе учебы. Магия меняет людей, сам знаешь.
– Знаю, что меняет. И далеко не всегда в лучшую сторону, – ухмыльнулся сэр Джуффин. – Взять хотя бы тебя…
В голову ему полетела шелковая подушка. Шеф поднял руку, и подушка затормозила у самого кончика его носа. Немного повисела в воздухе, пискнула тоненьким голоском: «Да ну вас всех», – и шлепнулась на пол.
– Ага, получается, на территории Иафаха снова можно колдовать, – пробормотал я себе под нос.
Сотофа и Джуффин переглянулись и звонко расхохотались. Я дождался, пока они успокоятся, и продолжил:
– Следовательно, за мной сейчас прибегут. Вы уж не выдавайте.
– Ерунда, – отмахнулась леди Сотофа. – Ешь спокойно, мальчик. Сюда без моего приглашения никто зайти не может.
– И даже Великий Магистр? – на всякий случай уточнил я.
– Он – в первую очередь, – заверил меня шеф.
Леди Сотофа укоризненно покачала головой, но по существу возражать не стала.
– А ты-то чего такой мрачный, сэр Шурф? – спросила леди Сотофа. – И не ешь ничего. Совсем загонял тебя этот злодей?
Она говорила с Лонли-Локли так ласково, словно он был ее любимым внуком.
