– Ну так не о чем было рассказывать, – пожал плечами Кофа. – Сами подумайте, как это выглядело с их точки зрения. Пришел человек наниматься в полицию, ему дали книгу с чистыми страницами, где ни слова не написано, и велели читать. Явное издевательство! А потом выпроводили вон: «К сожалению, вы нам не подходите». И даже не извинились за розыгрыш. Сотрудников же я действительно просил помалкивать о книге, как и о прочих служебных делах. Ну, то есть поначалу просто просил. Но после того, как выяснил, что некоторые охотно делятся рабочими секретами – кто с отцом, кто с подружкой, – наложил на них Заклятие Тайного Запрета, да и дело с концом. С тех пор мои люди дома о работе не болтали.
Ого, подумал я. Опять Заклятие Тайного Запрета. И вечно так – стоит мне случайно узнать какую-нибудь интересную новую штуку, как все вокруг тут же начинают о ней говорить. Хотя прежде ни разу за многие годы не заикнулись. Словно мое внимание – магнит, притягивающий информацию, на которой оно в данный момент сосредоточено.
Не удивлюсь, впрочем, если так оно и есть.
– А что в итоге случилось с этой книгой? – нетерпеливо спросил Джуффин. – Я правильно понимаю, что ее у вас больше нет? Судя по тому, что за сто лишним лет нашей совместной работы вы о ней ни разу не обмолвились…
– Ну да, – мрачно кивнул Кофа. – Вы все правильно понимаете. С Книгой Несовершённых Преступлений вышла история столь нелепая, что даже рассказывать было неловко. Но теперь-то придется.
– Погодите-ка, – воскликнул шеф. – Кажется, я понял. Вернее, вспомнил. Было между нашими ведомствами несколько больших склок по поводу казенного имущества. Я не вникал, и без того дел по горло. Вам пришлось оставить книгу в полицейском хозяйстве?
– Не то чтобы пришлось, – Кофа помрачнел еще больше. – Не поверите, но сам, добровольно Бубуте ее отдал. Своими руками. В здравом уме и твердой памяти.
– Это как же? – изумился Джуффин. – Зачем?!
– А вы вспомните, как все происходило, – вздохнул Кофа. – Хаос и неразбериха, воцарившиеся в первые годы после принятия Кодекса, были почище, чем в Смутные Времена. Мало кто мог точно сказать, какую должность он сейчас занимает, и почти никто не был уверен, что сохранит ее хотя бы до вечера. Из-за почти полного запрета Очевидной магии три четверти детских игр и девяносто девять процентов повседневных блюд внезапно стали уголовно наказуемыми преступлениями; о более серьезных вещах и говорить нечего. И тут вдруг ваше в высшей степени неожиданное предложение поступить в Тайный Сыск. Моя поспешная отставка, которая, благодаря вашему вмешательству, была принята всего через два часа, а не через полгода, как это обычно делается. Стремительное назначение на мое место Бубуты Боха, о котором мне было известно совсем немного: боевой генерал, храбрец, спасший жизнь Короля в нелепой стычке с подвыпившими Младшими Магистрами Ордена Стола на Пустоши; придворные историки потом гордо окрестили ее «битвой при Кухутане». Никто не предупредил меня, что сэр Бох – исключительный, неповторимый, непревзойденный болван, а я сдавал дела в такой спешке, что просто не успел разобраться. К тому же я же полностью доверял выбору Короля. Покойный Гуриг Седьмой прекрасно разбирался в людях и ошибок в назначениях никогда прежде не делал. Я, кстати, долго потом ломал голову, почему он назначил моим преемником именно Бубуту Боха. Одно время даже начал было верить слухам, будто кому-то из мятежных Магистров все-таки удалось лишить Короля разума, а придворные знахари проглядели. И только много лет спустя понял: это была месть.
– Очень интересно, – оживился Джуффин. – Назначение Бубуты начальником полиции – месть? Но кому? Ему? Вам? Мне? Всему городу? Но за что?
– Разумеется, мне. За то, что я принял ваше предложение. Король очень рассчитывал, что я буду занимать свое место еще как минимум полсотни лет, о чем прямо сказал мне в день принятия Кодекса Хрембера. Не приказал, заметьте, а просто выразил надежду. И моя внезапная отставка огорчила его куда больше, чем обычное неподчинение приказу. Препятствовать моему переходу в Тайный Сыск Король не мог, поскольку твердо обещал вам, что вы получите в штат всех, кого пожелаете, а держать слово наши монархи, хвала Магистрам, всегда умели. Но он очень надеялся, что вам откажу я сам. Чего, как вы знаете, не случилось. Вы, Джуффин, умеете уговаривать.
– Что-что, а это умею, – согласился шеф. – Я, кстати, не знал, что Король просил вас задержаться на должности начальника полиции. И был уверен, что вы вот-вот сами сбежите куда глаза глядят. Я же видел, как вы от всего этого устали.
– А если бы знали? – пожал плечами Кофа. – Неужели стали бы ждать, пока Король соизволит меня отпустить? Насколько я успел вас изучить, вы от своих планов так легко не отказываетесь.
– Конечно, нет. Просто сказал бы Королю, что добился вашего согласия шантажом и угрозами. Просто не оставил вам иного выхода. И все были бы довольны.
