– Совершенно не могу понять принцип устройства вашей организации, – призналась леди Гледди. – Обычно везде все решает начальник. Подчиненные, в зависимости от ситуации, стараются скрыть от него свои дела или, наоборот, вовремя довести до сведения, но, в принципе, как он скажет, так и будет. А вы, сэр Халли, с одной стороны, считаете, что беды мы с ребятами не натворили, с другой – не приказываете вашему подчиненному сэру Кофе Йоху оставить нас в покое, с третьей – не препятствуете другому подчиненному, сэру Максу, дать мне убежище. И вообще ведете себя так, словно это не государственная служба, а занятная игра, которая закончится, как только вас позовут обедать.
– Не каждый день встречаешь человека, который так хорошо тебя понимает, – сказал Джуффин. – Мой вам совет: если дело все-таки примет скверный оборот, попробуйте оказать сопротивление при аресте и применить хотя бы десятую ступень Очевидной магии. А лучше больше – если, конечно, сумеете. Тогда мне будет проще избавить вас от Нунды. В Холоми-то, честно говоря, совсем неплохо.
– То есть правда игра? – просияла леди Гледди. Но тут же нахмурилась. – Вот только с магией у меня никаких шансов. Научиться-то негде было. И способностей у меня, похоже, никаких. Леди Сотофа меня в свое время на порог не пустила, а уж как я просилась! Сказала: «Какая досада, такая хорошая девочка, а совсем не наша». Зато работу найти помогла. Это же она меня к Магистру Тубе отправила. Впрочем, вы, наверное, и сами знаете.
– Кстати, именно этого не знал, – задумчиво сказал сэр Джуффин. – Очень жаль заканчивать разговор на таком интересном месте, но теперь вам следует поспешно удалиться на территорию иностранного государства. У меня совещание через четверть часа. Все охотники за вашей головой соберутся. Тебя, сэр Макс, не приглашаю. Терпеть не могу, когда в моем кабинете мельтешат чужеземные монархи. Глазом моргнуть не успеешь, разгневаются, объявят войну – и привет. Разбирайся потом, чем не угодил.
Лучше бы вы вспоминали об этом на рассвете, перед тем, как меня разбудить, подумал я. Но вслух не сказал. И так все подозрительно хорошо складывалось.
От улицы Медных Горшков до моей резиденции рукой подать, но я предпочел позаимствовать служебный амобилер – когда я сижу за рычагом, меня уж точно никто не догонит, в этом можно не сомневаться. Леди Гледди Ачимурри то ли была потрясена моей лихой ездой, то ли просто задумалась о своих делах, во всяком случае, всю дорогу она молчала. И только когда мы остановились возле Мохнатого Дома, спросила:
– Вам понравилось, что я не хочу бросать ребят в беде? Вы поэтому меня пригласили?
– Мне много чего понравилось, – честно ответил я. – Начиная от вашей прически и заканчивая друзьями в беде, совершенно верно. Но не это главное.
– А что?
Я перешел на шепот.
– Это очень, очень страшная тайна. Никому меня не выдавайте.
– Ни за что не выдам, – пообещала она.
– Когда-то я тоже был редактором. Считалось, что неплохим. Так что я пригласил вас из профессиональной солидарности.
– Но разве в Пустых Землях есть книгопечатание? – изумилась леди Гледди.
Черт. Я и забыл, что, по легенде, родился и вырос в Пустых Землях.
– Мы издавали там газету, – не моргнув глазом соврал я. – «Голос Степей». Очень авторитетное было издание. Без нашей газеты ни один уважающий себя кочевник в седло не садился.
– Это правда?! – изумилась она.
– Сам не знаю. Согласно некоторым авторитетным источникам, все, что я говорю, автоматически становится правдой. В то же время Хедельвар Ландаландский в своем трактате «Бремя вершителей» опровергал эту теорию, ссылаясь на примеры из жизни Короля Мёнина, который врал по дюжине раз на дню и был неоднократно на этом пойман.
Нечего и говорить, что Хедельвара Ландаландского вместе с трактатом я сочинил на ходу, сам не понимая, зачем. Желание произвести впечталение на прекрасную наследницу сокровищ Тубы Банцбаха лишило меня остатков разума. Давненько со мной такого не случалось.
Когда мы с леди Гледди вошли в гостиную, мои домашние царицы как раз заканчивали второй завтрак. Или третий, кто их разберет. Мельком я отметил, что на лоохи Хейлах появилась первая тряпичная погремушка. Крупная, ярко-красная. Шустрая Хелви обзавелась сразу тремя, правда, очень мелкими, при желании их можно было принять за декоративные пуговицы. В другое время я бы непременно открыл им глаза на злодейский розыгрыш сэра Джуффина и отправил спарывать украшения, но сейчас было не до того.
– Девочки, – торжественно сказал я. – пришло время исполнить ваш супружеский долг.
– Вот прямо сейчас? – всполошилась Хелви.
– Каким именно образом? – строго спросила Хейлах.
– Прямо сейчас, – кивнул я. – Зато способ, по идее, должен вам понравиться. Перед вами леди Гледди Ачимурри, наследница сокровищ Тубы Банцбаха…
– Мы знаем, – хором сказали сестрички.
– Мы уже давно знакомы, – улыбнулась леди Гледди. – К сожалению, не так близко, как мне хотелось бы. Рада возможности это исправить.
