– Да потому что всегда появляешься в нужный момент, как будто все время стоял невидимый за плечом, ждал, когда понадобишься. И приносишь именно то, что мне позарез необходимо. Нужна свобода? На тебе свободу. Нужна пища? Держи, да смотри не лопни. Десять с лишним тысяч миров, желающих умереть, – это надо же!
– Пища? – изумился я.
– С возрастом, – степенно сказал Лойсо, – начинаешь очень внимательно относиться к вопросам питания. То есть стараешься находить оптимальные источники силы. И смотри, как забавно получается. С одной стороны, у меня уже давно пропала охота разрушать обитаемые миры, да и просто убивать мне больше не интересно. Я пересмотрел свои взгляды и решил, что ярость больше не будет повелевать моими поступками, и чужая смерть отныне – не моя забота. Слишком много лет я на нее работал, пусть теперь справляется сама. И знал бы ты, какое облегчение я испытал, приняв такое решение. Впервые в жизни ощутил себя по-настоящему свободным – при том, что сидел тогда взаперти; ты знаешь где. Стоило, конечно, угодить в тюрьму, чтобы узнать вкус подлинной свободы – от того, кого всегда считал собой. С тех пор дороги назад мне нет.
– Ну ничего себе, – выдохнул я.
– С другой стороны, природа моя такова, что разрушительная деятельность мне на пользу, и этого не изменить, – сказал Лойсо. – Самый простой для меня способ получить большую порцию силы – пойти и уничтожить, что под руку подвернется. В последнее время я только об этом и думаю, потому что ощущаю сильный голод. Голод по силе, если тебе угодно. С точки зрения стороннего наблюдателя – да хоть с твоей – ее у меня и так предостаточно. Но мне нужно гораздо больше. Не для того, чтобы стать самым могущественным существом во вселенной и наконец-то всех победить. Сила мне нужна просто так, ни для чего, чтобы было. Потому что я ее люблю. Смехотворный аргумент, это я и сам понимаю.
– «Чтобы было» и «потому что люблю» – это как раз очень понятные мне аргументы, – сказал я. – Понятнее просто некуда. О чем бы ни шла речь.
Лойсо посмотрел на меня с некоторым недоверием.
– Ну, может быть, – наконец согласился он. – Вполне возможно, ты действительно понимаешь. От человека, который пришел ко мне с информацией о десяти с лишним тысячах миров, жаждущих исчезнуть, потому что собственное бытие им в тягость, можно ожидать чего угодно. Даже понимания. Спасибо тебе, сэр Макс. И иди уже, а то сидишь бледной тенью, лица не разглядеть. А когда мы встретились, я сперва даже не распознал в тебе сновидца, решил, ты наяву по мою душу притащился, и как только разыскал… Тебя, похоже, будят. И довольно настойчиво.
– Да нет же, – начал было я и только тогда осознал: действительно будят. Причем не зовут, не кричат, Безмолвной речью не донимают, не трясут, скажем, за плечо, а зачем-то навалилось сверху чужое горячее ароматное тело, обнимает, теребит, тормошит, не дает спокойно завершить один из самых важных разговоров в моей жизни – какого черта?!
Сказать, что я рассердился, – не сказать ничего. Можно подумать, вся ярость, ставшая не нужной Лойсо, перешла по наследству ко мне, а я решил, не мелочась, потратить ее сразу, за один присест.
Чего уж там, никогда не умел экономить.
Счастье, что по натуре я все-таки совсем не убийца. И при этом практичен до крайности – в том смысле, что для меня важно не примерно наказать обидчика, а сделать так, чтобы он
Это, надо сказать, было очень непросто. Какое-то время я ощущал себя канатом в разгар соревнований по перетягиванию. Хорошо хоть порваться не боялся, откуда-то знал, что крепок, да и не до страхов было, яростная борьба с пробуждением поглотила меня целиком. Как ни смешно это звучит.
Закончилось все так внезапно, что поначалу я никак не мог сообразить, где в итоге оказался. Лойсо больше нет напротив, это плохо. Выходит, я все-таки проснулся… Или нет? В глазах по-прежнему рябит от ярких полос, значит, я еще в палатке. Сижу, а не лежу. И стакан с синей дрянью – вот он, стоит перед носом. Точно, сплю. Но Лойсо все-таки нет. Решил, что я уже просыпаюсь, и ушел. Ай как жалко. На самом интересном месте практически. Из его слов следовало, что у каждого есть свой личный, наиболее подходящий способ получать силу. И я как раз хотел расспросить, какие они бывают – вообще, в принципе. Возможно, Лойсо подсказал бы, какой способ подойдет мне. Потому что такие вещи лучше знать заранее, чтобы не гадать потом, когда вдруг выяснится, что я тоже хочу еще…
Я попробовал подняться, чтобы догнать Лойсо, вряд ли он успел далеко уйти. И только тогда понял, что меня по-прежнему сжимают в объятиях, да так крепко – не то что встать и выйти, но и глубоко вздохнуть затруднительно.
– Где это мы? – спросила леди Гледди Ачимурри.
