— Потому что вы — это мы, — устало произнес великан. — Это началось за долго до катастрофы. В наших семьях начали рождаться маленькие дети, которые так и не вырастали до нормальных размеров. С каждым годом их становилось все больше и были они все мельче. Так и появились люди. Они стали жить особняком, вскоре их потомки стали относиться к нам настороженно и даже враждебно. Век человека намного короче, чем век Велета, но мы всегда помнили, что вы наши дети. Защищали, как могли, порой себе в убыток.
Я открыл рот, но великан перебил меня.
— Слушай внимательно, у меня мало времени. В одной из старых крепостных башен Карабалам-Сити спрятана моя палица. Точнее не помню, найдешь. Отвези палицу в белую крепость, это должно выманить снежного барса. — великан закрыл глаза и откинулся на ложе.
— Он умер? — прошептала Лилит.
— Кажется, да, — тихо ответил я.
Мы выбежали из пещеры и сообщили смотрителю о смерти великана.
— Я знаю, — махнул тот рукой. — Пару месяцев назад он сказал мне, что умрет сразу после того, как поговорит с адептом из ордена, я даже предлагал послать за кем-нибудь в орден, но он сказал, что нам это не выгодно.
— Наживались на нем? — бросила Лилит. — Показывали, как редкую зверушку?
— Тише-тише, — прошептал я, заслоняя смотрителя.
— Видно было, что он устал жить, — печально сказал парень.
— Вы даже не представляете, на какую жертву он и его народ пошли ради всего человечества, — произнес я. — Я надеюсь, вы сможете похоронить его достойно?
— Весь город придет хоронить Сувара, — ответил смотритель. — Он был нашим символом.
Мы купили билеты на ближайший самолет и полетели в Карабалам-Сити. Домой мы вернулись на закате. Сегодня была моя ночная смена, и я сразу отправился в резиденцию. На башне я встретил Аарона, который печально смотрел в небо.
— По новостям сказали, что Сувар умер, — упавшим голосом произнес магистр. — Я надеюсь, ты отпрашивался, чтобы поговорить с ним?
— Сувар ждал нас, — ответил я.
— Что он сказал?
— Мы потомки великанов. Поэтому они и строили эти дамбы, чтобы защитить нас от подземных вод! А теперь я должен выполнить его последнюю волю.
Палица Сувара
Отдежурив ночную смену, я закрылся у себя в лаборатории. В самом начале своего существования Карабалам представлял собой крепость, которую видимо построили поверх великанской дамбы. Чуть позже появилась вторая крепость — резиденция ордена. Изначально ее ставили в стороне от города, но как это обычно бывает, город разросся, и вот теперь наш купол торчит чуть ли не в самом центре. Когда появились мы, горожане расслабились, и старая крепость просто пришла в негодность и развалилась.
Я открыл карту города и увеличил его историческую часть. Крепость находилась вот здесь, сейчас тут университет Карабалам-Сити, вот только ничего от нее не осталось. При учете того, что Сувар просидел в своей пещере около пятиста лет, он мог об этом просто не знать. А нет. Около сорока лет назад один мэр пригрозил выкопать крепость. Однако, дело ограничилось всего одной башенкой, которая сейчас стоит во дворе университетского музея. Вот, собственно, и все, что осталось от прежнего Карабалама. Если каким-то чудом палицы не окажется в той башне, то можно считать ее пропавшей.
На дело я решил отправиться ночью, а пока можно заняться орденской работой. На колокольне обсуждали взрыв танкера с нефтяными отходами в приграничье, который чуть не привел к техногенной катастрофе.
— Я опять все проспал, — посетовал я. — А где произошел взрыв?
— На Калхиде, — ответил Гарри.
— На Калхиде? — ужаснулся я. Родом оттуда была Лилит. Наверняка у нее там оставалась родня, о которой она ничего не рассказывала. К счастью, Туранские солдаты среагировали быстро, и никто не пострадал.
На сайтах приграничья во всем винили империю, а империя, конечно же валила все на приграничье. Тут правды не найдешь. Я долго думал и решил посмотреть новости страны, которая так же имела владения в этом море, но соблюдала нейтралитет. Такой страной оказался Атаманский султанат. Информации о взрыве у них не было, зато оказалось, что эти ребята давно уже задним числом называют Илово море Атаманским. На данный момент султанат имел конфликты с Эллинами и Валенсийцами в другом своем море, а также с Синайцами в Синайском.
— Ай да султан! — проворчал я. Выходило, что воевал он в двух своих морях, а в третьем воевал Туран. Вот только море они уже прозвали Атаманским. А что если?
Уже через пять минут я стоял на пороге кабинета великого магистра.
— Чего тебя так взбудоражило? — поинтересовался всемастер.
— Смотрите! — закричал я. — В Атаманском султанате имеется три моря: Илово, Энейское и Синайское. В Энейском и Синайском морях султан ведет активную войну, в Иловом же произошел взрыв отходов, что, если это тоже они, а не приграничье?
— А с какой стати им это делать? — поинтересовался великий магистр. Я показал ему Атаманскую статью.
— Видите, они считают это море своим! — сказал я.
— Султану только дай волю, — хмыкнул великий магистр. — Но тут дело даже не в этом.
— А в чем?
