-Верховные темные шаманы собраны здесь сегодня с одной целью – смотреть, слушать и запоминать – произнес незнакомый голос с оттенком отстраненного отвращения – Так же, они будут свидетельствовать. Перед нами двое, что хотят влиться в нашу судьбу, соединив собственные. Известны ли кому-то из присутствующих причины, могущие воспрепятствовать этому?
Каинит мигом припомнил, как эти слова произносил Тенгри, и пожалел, что старого шамана уже нет в живых. С ним было куда удобнее и безопаснее…
Бэл ждал, когда посыплются упреки со всех сторон, называя самые различные причины, почему данное действие невозможно. Однако вокруг царила тишина. Он осторожно скосил глаза на Атрея – проверить, а как он отнесется к подобному развороту событий – и обомлел. Японец улыбался. Не тонко, не разжимая губ, будто нарисованная углем улыбка ему не принадлежит. Он улыбался открыто, совершенно искренне, и был абсолютно, совершенно, доволен всем происходящим. Более чем.
-Причин нет – наконец, объявил тот же голос – Дайте руки.
И, точно как и во сне, не расцепив ладоней, они подали разные руки. Их полоснула холодная сталь, и капли крови устремились вниз. Его вампирская кровь, соприкоснувшись с первой же поверхностью, вспыхнула, как она это обычно делала, осветив, наконец, помещение. Хуже, чем светильник, но лучше, чем совсем ничего.
Здесь было не тридцать три человека, а намного, намного больше. И все они смотрели на молодую пару так, что Бэл, наконец, понял, что чувствует его еда. О, с каким бы удовольствием их не выпустили бы отсюда… Сомкнула бы ряды, и на этом жизненный путь двух слишком самонадеянных букашек прервался бы… Но они стояли, стояли и молчали, и глядя на них улыбался Атрей, как не улыбался никогда.
-Все здесь собравшиеся – свидетели того, что вы связаны – все так же, без теплых чувств, продолжил говоривший. Бэл, наконец, узнал его голос – он был скрипучим и пыльным даже на слух. Именно обладатель этого голоса в его сне рассказывал о том, как убил своего супруга-вампира через двадцать лет.
– Все здесь знают, какие обязанности вы взяли на себя. Мы подтверждаем ваш брак.
Собравшиеся, не сговариваясь, расступились, давая молодым дорогу. Атрей тронул каинита за руку, и они пошли вперед – через этот живой коридор неприязни и настороженности. И дорога до дверей была, наверное, самым длинным путем за долгую жизнь Бэльфегора.
Но вот, наконец, двери остались позади. Их окружает немного душные весенние сумерки, и где-то стрекочут цикады. Они так же, не торопясь, идут по дорожке, и гладкие камешки шуршат под их босыми ногами. Молчали, потому что говорить было совершенно незачем.
Дом выглядел так, словно в нем никогда не бывал темный маг Ирфольте: все было по-прежнему, так же, как и всегда. Впору поверить, что все произошедшее было дурным сном, не более того.
На крыльце сидела Эцуко, и под фонарем занималась починкой довольно крупной шторы: разглядывала каждую пядь, выискивая неидеальные места. Заслышав шаги, она подняла голову, и как раз увидела, как приближаются, вступая в круг света, новобрачные. Бэльфегор порадовался, что он не эмпат. Впрочем, на одну секунду эмоции все же возобладали, и у девушки все ее ощущения были на лице написаны.
Больше им никто не встретился по пути. Их даже не подслушивали, что уж совсем ни в какие рамки для каинита не укладывалось. Что, Лис побери, такого произошло?..
-Я телепортирую тебя из своей комнаты – вот первые слова, которые Ли Кард услышал от своего мужа. Они находились в комнате последнего, и здесь ничего не говорило, что как-то их жизнь только что изменилась. Скорее всего, навсегда. Атрей кивнул на свой рабочий стол, и Бэл увидел там то, чего не было, когда они уходили: шарики телепортов, сложенные в специальный ящичек, словно в лоток для яиц.
-Кристина позаботилась – пояснил наемник, присаживаясь рядом. Бэл на него посмотрел, разрываясь между желанием немедленно задать штук пятьдесят вопросов, или наплевать на все, и просто быть счастливым.
-Ты, наверное, многое хочешь узнать – опередил его сектант, улыбаясь. Каинит снова видел эту его странную улыбку – словно наемник на несколько минут позволил себе перестать прикидываться неведомо кем.
-Почему ты так улыбаешься? – не выдержал вампир
-Потому что я, наконец, понял, как оно бывает – когда ты сильнее – просто пояснил Атрей. Видя, что его слова не совсем понятны хаку, расширил свою мысль:
-Я говорил тебе, что я очень слабый экстрасенс. А ты, в свою очередь, рассказывал мне о том пути, что намеревается пройти Ирфольте. И я подумал – почему нет?
-Ты что, тоже Черный ход провел?
-Упаси небо, нет. Я собрал здесь бывших учеников моего отца, и предложил им новый вариант решения задачи: не скрывать, чего мы на самом деле хотим. И они верят, что это приведет их к цели.
-Эйдос…
-Именно. Тринадцать, а в последствие, возможно, и больше. Их тринадцать эйдосов. Они сами не поняли, что я с ними сделал.
