Знакомый мягкий туман, клубящийся словно тысячи парусов, был почти горячим. Эфла, крепко держа за руку своего подопечного, уверено зашагал вперед. В Сад. Клубы тумана серовато-сиреневые, как совсем маленькие котята, или как очень старые коты, продолжали касаться их, создавая иллюзию материальности. Это просто путь, который надо пройти, забыв где-нибудь на нем свое тело…
-А что, он всегда такой… рыхлый?
Эфла грешным делом подумал, что ошибся. Впервые за свою практику. Как пожизненную, так и посмертную – ошибся и потерял ведомого. Он обернулся через плечо, так резко, что волна его светлых волос взлетела, на миг закрывая весь обзор. Здесь, в Саду, краса и гордость любого нормального Мага Ритуалов, снова была на месте. Был бы он живым – еще отросли бы. Но чему отрастать у мертвого?..
Голос, спрашивающий про непотребное, был ему незнаком. Звучный, сильный, звонкий, полный скрытой силы, готовой вылиться в любой момент. Переполнявший грудную клетку не только говорившего, но и слышащего. Голос, которым почему-то заговорил вполне узнаваемый с первого же взгляда рыжий наемник.
-Как это понимать? – Эфла притормозил, глядя за спину. Вообще-то, по правилам не полагалось, да и стоять на пути к Саду тоже считалось делом неправильным и неподобающим, но сегодня у него и так все не по правилам…
-Ты о чем? – голос смодулировал, словно обрисовав звуками ставшую почти видимой интонацию. Эфла сложил два и два. Он никогда биографией наемника не интересовался, но зато добросовестно читал все, что сподоблялась нацарапать в отчетах его агентурная сеть. Лис широко улыбался, пока больше ничего не говоря.
Ситуация вроде как та, что вышла с его волосами. Вообще-то Теургам полагается их отращивать чуть ли не с младенчества – чем длиннее коса мага, тем больше он мог себе позволить в своем колдовстве. И Эфла когда-то тоже носил это безобразие – неудобное, но необходимое в работе. Пока на его пути не встретился товарищ Атрей. Уж неведомо почему, но наемник вознамерился не только одержать победу, но еще и унизить побежденного в глазах его сородичей. Он остриг Эфлу, обкорнал его же собственным ритуальным ножом, оставив в весьма неприглядном виде. С той поры волосы успели подрасти лишь немного, и даже до плеч не доставали. Ну а потом Эфлу убили…
-Пошли. Нечего стоять.
Туман послушно пропустил их. Эфла обнаружил, что теперь зол на самого себя. Он ждал. Ждал, когда сзади запоют. Что угодно.
-Так он всегда такой рыхлый?
-Да.
Провожатый крепче сжал чужую руку. Не хватало еще потерять здесь этого оболтуса. Тогда в легендах, окружающих Сад, появится еще и поющий призрак с сомнительным чувством юмора…
Под ногами уже проглядывала земля, в которой то и дело попадались словно бы вмурованные булыжники. Сад начинался с сюрприза. Всегда.
-Мы пришли.
Мертвый оборотень отпустил Лиса и отошел на шаг. Мол, делай, что хочешь, мешать не буду. Наемник огляделся, оценивающе осмотрел и изменившуюся прическу мага ритуалов, но комментировать не стал, чем еще больше укрепил спутника в его подозрениях. Эфла недовольно тряхнул головой. Он уже и отвык от этой тяжести за спиной – волосы доставляли некоторые неудобства. В свое время, пока он еще носил эту красоту при жизни, та становилась причиной недоразумений между одним не в меру вспыльчивым оборотнем-оцелотом и господами, страдающими от неразделенных к нему чувств. Пояснить раз и навсегда, что Маг ритуалов любит женщин, оказалось непросто. Тьфу…
Лис прошелся туда-сюда, заглядывая в каждую щель, и везде суя свой любопытный нос. Это раздражало. Но говорить что-либо значило нарушить процедуру. Наемник удалялся все дальше, его уже смутно было видно из-за тумана. Зомби шел следом – не хватало еще, чтобы он тут таки потерялся…
И внезапно – примерно так же, как разбиваемая в полночь тарелка на кухне – впереди зазвучала и оборвалась нота. Одна.
Эфла ан Аффите не удивился, когда там запели. Кицунэ Кин-Иро имел обыкновение петь везде, где это было только возможно. И где нельзя тоже. Вот он еще спросить забыл, да… Он и общался-то только таким способом. Со всеми, с миром, с собой, с людьми.
Маг ритуалов, который видел здесь, в Саду, получше многих ясновидцев, опустил голову. Горло сдавило. Мертвые не плачут.
Да, мертвые не плачут. Но и потерявшие голос наемники не поют песен о заблудившихся котах. Не поют, да…
-Отлично – голос, добравшийся из внешнего мира, вполне мог бы принадлежать соответствующему по проффесиональной принадлежности ангелу возмездия. В меру строгий, в меру понимающий, и не ведающий снисхождения там, где оно было бы попустительством.
-Один почти что в коме, второй, если я правильно понял, вусмерть пьян. Что вы вчера употребили, господа? И неужели не нашлось иных собутыльников, если вы выбрали друг друга?
Эфла с некоторым трудом открыл глаза. Ощущения действительно чем-то напоминали похмелье. Только не болью, а нарушением координации и прочими рефлекторными торможениями. Очевидно, это и стало причиной диагноза.
-Идиота кусок – разлепил он ссохшиеся губы – Сколько, по-твоему, мне надо выпить, чтобы так вынесло? Недоумок…
