— А потом вдруг говорит такой «ни черта себе, нашел»… И как заорет… — Как будто того самого Черта и увидал.
Голос старосты надломился. Прижатая ко рту рука заходила ходуном.
— А потом враз, такой звук, как баран с перерезанным горлом.
Староста сделал небольшую паузу, пытаясь унять дрожь в руках.
— Пока мы там стояли все, смелость свою собирали, да топоры доставали, Садко уже и след простыл. Был мужик, и нет. Только кровь на траве лужей натекла.
Староста молящими глазами уставился на Ошкула.
— Боимся мы, Гарн, за детей да внуков наших. Паскуда какая-то завелась у болота. Двоих уже утащила. На тебя одна надежда…
Ужин проходил в погребальном молчании. Гарн был страшно задумчив. Тия в основном смотрела в свою тарелку, лишь изредка взволновано косясь на мужа. Тюбик уже съел свой тазик каши с бараниной и развалился у ног Ошкула, периодически глубоко вздыхая. Сам Кайрим никак не решался нарушить молчание. Но ведь и сказать ему есть что…
— Ну, удалось что-нибудь узнать? — Дрогнувшим от долгого молчания голосом, разорвал тишину Кайрим.
От неожиданности Тия немного подпрыгнула на своем стуле, но тут же взяла себя в руки и осторожно посмотрела на мужа. Гарн задумчиво продолжал жевать булку, даже не взглянув в сторону мальчишки. Девушка глубоко вздохнула и, через силу улыбнувшись, ответила на вопрос брата.
— Ничего, Кай. Целый день впустую.
Тия еще раз посмотрела на мужа, но тот лишь легко кивнул. Девушка глубоко вздохнула.
— Пес взял след. Мы бегали по лесной полосе битый час. Но, в конце концов, следы привели нас в болото. А потом и вовсе дождь пошел.
Девушка поднялась и стала убирать пустые тарелки со стола.
— Гарн не знает точно, с чем мы столкнулись. Непонятно даже, какие ловушки ставить. Это не похоже на тех животных, с которыми мы встречались раньше.
Девушка опять сделала небольшую паузу и принялась разливать горячий липовый чай. Великан отложил булку в сторону и принял у жены кружку с дымящимся напитком.
— Скорее всего, это какая-то болотная тварь, про которую мы раньше никогда не слышали. Этим болотам тысячи лет, не говоря уже о лесах вблизи самой гряды Демонов. Мало ли какие создания могут тут обитать?
Гарн свернул губы трубочкой и сделал громкий глоток. Приторно зажмурив глаза, он слегка кивнул головой, показывая, что полностью согласен со своей супругой. Тия улыбнулась мужу и продолжила.
— Мы все ломали голову, кто это может быть. На варгов не похоже, да и запах там только один. Пещерный ошкул?
Тия запнулась, подбирая подходящее слово.
— Тупой, — помог ей Гарн.
— Можно и так сказать, — сдержанно усмехнулась девушка. — Ни один медведь не станет тащить свою добычу в болото, чтобы там ее съесть.
Кайрим перевел взгляд на свои руки.
— А если это существо не отсюда? — Осторожно сказал он. — Может такое быть, что это и не животное вовсе?
Тия подняла вверх брови. Гарн, наконец, оторвался от своей булки и, впервые за весь вечер, внимательно посмотрел на своего ученика. Он явно ожидал продолжения.
— Ну, это только предположение, но может же такое быть? — Быстро затараторил Кайрим. — Что какое-то вполне разумное хищное существо… Жило себе в горах… Допустим, в пещере какой-нибудь… За болотом… У подножья гряды Демонов… Питалось себе оленями да зайцами… Никуда далеко от своей пещеры не ходило… А потом в ту пещеру по глупости залез человек…
Никто его не перебивал. Гарн продолжал, весь внимание, жевать булку. Тия застыла у маленького столика и с интересом смотрела на брата. Даже Тюбик оторвал свою огромную голову от пола и уставшими, но счастливыми после сытного ужина глазами уставился на парня. Все ожидали продолжения.
— Вот… Оно его убило и съело… — Кайрим сам поражался навалившимся вдруг на него откровениям. — И так ей вкус понравился, что, кроме человеческого мяса, больше есть ничего не хотело. Вот, набрело на лесоповал, украло куртку одного из дровосеков… — Кайрим сделал небольшую паузу, думая как закончить свой монолог. — И все…
Кайрим уставился на Гарна. Прошло около минуты, когда Ошкул все же подал голос.
— Интересная теория, Белка, — отхлебнув дымящийся ароматный напиток, наконец, сказал он.
Кайрим немного засмущался, Гарн редко называет его по прозвищу. В такие минуты Ошкул обращается к нему как к равному, а не как к сопляку, на целых восемнадцать зим младшего его. Шелест первых тяжелых капель о соломенную крышу едва разгонял вновь поселившуюся в кухне тишину.
— Откуда ты про куртку знаешь? — Подозрительно прищуренными глазами великан посмотрел на своего ученика. — Мы ее только под конец дня в болоте нашли.
Кайрим уткнул взгляд в кружку, уставившись на свое кривое отражение в остывающем чае. Ну, расскажет он про свои сны. И что дальше? Его опять снисходительно погладят по головке и скажут, что он просто устал? Ни Гарн, ни Тия так и не поверили ни в историю с крысой и сожженным амбаром, ни в то, что произошло в Захолмянке, когда наемники напали на деревню. Кайрим убил всех, кто там был, а Ошкул сказал, что ему все приснилось. Тогда ему не поверили, только потому, что такого не может быть. А сейчас ему и правда все приснилось…
