Женщина болтала без умолку, словно до этого момента отмалчивалась пару седмиц, и вот сейчас, наконец, дорвалась до благодарного слушателя. Парень, уже не скрываясь, пускал смешинку. Видно было, что Ганна, как всякая деревенская баба, большая любительница поточить лясы. Поэтому, чтобы она не начала рассказывать, каким цветом ее Первуша сегодня сходил по-большому, Кайрим решил не стоять истуканом и присел на корточки перед спрятавшимся за платьем Ганны мальчишкой.
— Приятно познакомиться, Первуша, — Кайрим протянул мальчику ладонь для рукопожатия.
Счастливый синеглазый малыш неуверенно посмотрел снизу вверх на свою маму и, дождавшись утвердительного кивка, протянул Кайриму руку.
— Ой, дура я соломенная! — Звонко взвизгнула женщина. — Я чего пришла-то, и забыла совсем. Знаете, как это бывает? Одно думаешь, а придешь, с вами заговоришься и забудешь потом про все, что хотела-то. Это все вы меня сбили… Ладно, не страшно. Видела, что вы все время тренируетесь, бегаете, мечами там махаете какими-то, деретесь. Ну, как все мужики-то. — Девушка замахала рукой, понимая, что опять отошла от темы. — Так вот, решила вас молочком овечьим угостить-то.
Ганна протянула увесистый кувшин Кайриму, продолжая выплескивать на парня очередную порцию многословия.
— Оно жирненькое у нас. Мышцы расти будут сразу. Враз будете как ваш друг этот. Ну этот, что с бородкой такой… Здоро-о-о-овый! — Ганна привстала на цыпочки и задрала руку вверх, показывая рост Ошкула. — И еще полезное оно, кстати, очень. Для костей. Для зрения. А похмелье вообще враз снимает. Мы его все время кушаем. Вот и не болеем никогда.
Кайрим, жуя нижнюю губу, посмотрел на девушку, которая, казалось, и не думала униматься.
— Даже овечек специально для этого разводим. Мясо-то оно везде вон. Полный лес вон мяса того… А вот молочко свое…
Кайрим шагнул за порог и поставил увесистый кувшин рядом с дверью. Не перебивая Ганну, кивнул в сторону, показывая, что намерен немного прогуляться. Толстушка тут же радостно закивала головой и, взяв Первушу за руку, медленно пошла следом за парнем, без остановки продолжая щебетать.
Кайрим умылся водой из ручья, и начал делать утренние упражнения. Ганна на каждое его движение хоть слово, но скажет. Первуша зачарованными глазами смотрел на своего героя, охая и ахая, когда Кайрим делал удивительные, по его мнению, «кульбиты».
Еще через полчаса Первуша должно быть обманулся в своих ожиданиях, а может просто захотел в туалет. Шепнув что-то маме на ухо, мальчик побежал в сторону деревни.
Кайрим делал силовые упражнения, а Ганна, не унимаясь, пересказывала ему скромную и мало кому интересную историю своей жизни. О том, как беззубой девчонкой мечтала путешествовать по всей Лимме, о своей матери, которую укусила болотная змея, о том, как заблудилась в лесу в детстве, о муже, который четыре зимы назад пропал в болоте.
— Знаете, Кайрим, он был чем-то похож на вас. Такой же веселый и добрый. Мы часто прогуливались по деревне и болтали, — девушка всхлипнула и поспешила вытереть навернувшиеся слезы. — А потом он пошел в эту проклятую предками пещеру. — Женщина глубоко прерывисто вдохнула. — И больше не вернулся…
Кайрим замер в стойке на руках, впервые с начала разговора услышав что-то стоящее. Парень медленно опустился на ноги и внимательно посмотрел в заплаканные глаза девушки.
— Ты сказала, «пещеру»?
Перед глазами юноши мелькнул отрывок из сна.
То существо. Перед тем, как начать охотиться, оно выбралось из пещеры.
— Ну да, — шмыгнула вздернутым носом толстушка.
— Она далеко отсюда? Перед входом растет большое дерево? — Кайрим сам не заметил, как подскочил и схватил женщину за плечи.
— Я… Я там никогда не была, — сжавшись, словно ожидая, что ее будут бить, промямлила Ганна.
Кайрим отпустил ее и отошел на шаг, сам не понимая, что на него нашло.
— Извини, я не хотел тебя напугать.
Девушка все еще с опаской смотрела на ноги рыжеволосого парня. Но потом, проговаривая каждое слово, в совершенно не свойственной ей манере, начала рассказывать.
— Пещера эта где-то за болотом. Все в Опушках про нее знают, но никто никогда туда не суется. Это всегда как страшилка была. Рассказывали, что там черт болотный живет… А может, и вообще сам Неведомый. И детей непослушных утаскивает. Те, что родителей не слушают и на болото одни ходят…
Ганна поежилась, как будто от внезапного порыва ветра, и обняла себя за плечи. Ее пышная грудь поднялась, и девушка стала похожа на напыжившегося голубя.
