Гладкая поверхность крутого тоннеля, больше всего напоминало ярмарочную горку. Кайрим разогнался до рези в глазах. Захватывало дух. Не сдерживая залихватского выкрика, парень вылетел из каменной кишки.
Прижатые друг к дружке ноги тут же врезались в узкий столбик капельника, нагло росший прямо на вылете из древней горки. Лишь благодаря предупреждению Гарна, парень не напоролся на камень больным местом.
Ошкул, коротко и часто отдуваясь, сидел на корточках. С болезненным видом великан прижимал руку чуть ниже живота. Судя по страдающему взгляду, он ноги вместе не держал.
Кайрим сидел, привалившись к холодной каменной стене. Раз за разом парень прокручивал в голове то, что случилось с ним уже в четвертый раз. У него опять получилось! И теперь он, наконец, подобрал ключ к своим силам. Кайрим вновь и вновь пытался вспомнить, что он чувствовал.
Чувство страха, когда в деревенском стогу на него напала крыса…
Чувство отчаяния, когда наемник выстрелил в тетку Вольху…
Ненависть к едва не прикончившим его на болоте хорхам…
И вот сейчас. Когда Гарн провалился в пропасть…
Что это было? Обреченность? Парень закрыл глаза, пытаясь вспомнить свои ощущения.
Кайрим медленно вдохнул и задержал дыхание. В кромешной тишине пещеры слышалось размеренное биение его сердца. Парень медленно растворялся в этом звуке до тех пор, пока его сознание не начал наполнять уже знакомый звон. Кайрим медленно выпустил из легких воздух… По затылку закопошились первые вестники его силы. В ушах вновь зарождался шелест голосов. Надо добавить эмоции… Тия… Чувство тревоги, которым просто разило от сидящего напротив Ошкула, вполне подойдет…
Из темного провала коридора, который битый час охранял Гарн, послышались приглушенные звуки. Радостный лай Тюбика вытянул Кайрима из самосозерцания. Парень открыл глаза.
Гарн набрал полную грудь воздуха и шумно выдохнул. Нахмуренное лицо тут же разгладилось. Облегченно усмехнувшись, Ошкул послал рыжему парню многозначительный кивок. Кайрим ответил скромной улыбкой. Выставил перед собой руки, парень принялся отбиваться от ласк счастливой собаки.
Последний этап пути, в который ступили искатели, вновь ознаменовался полной сменой окружения. Темнота здесь была практически осязаема. Мрак давил всей своей вековой мощью. Пытался поглотить, смять наглецов, посмевших вторгнуться в ее владения. Тусклый свет факелов робко раздвигал тьму лишь для того, чтобы тут же наткнуться на бесконечные заросли камня.
Слева и справа от узкой неровной тропы рос целый каменный лес. Покрытые трещинами, не выдержавшие ударов времени исполинские грибы плотным частоколом взмывали на несколько саженей в высоту.
Огромные клыки нависали прямо над своими товарками. Каменные наросты крепились где-то к невидимым в ничтожном свете факела вековым сводам.
В отдельных местах древние сосульки, сливались со своими грибовидными товарками. Закручиваясь медовыми спиралями, они в вечном экстазе сплетались в оплывшие колонны и арки самых причудливых форм.
Узкая петляющая тропа вела своих незваных гостей вдоль оскаленной пасти неведомого, навеки уснувшего, древнего как сам мир монстра.
Кайрим чувствовал себя не в своей тарелке. Если в извилистых коридорах, где, по крайней мере, две из четырех сторон были надежными и весьма дружелюбными стенами, еще можно было почувствовать безопасность, то в исполинском подземном лабиринте из дырявого каменного частокола было немыслимо жутко. Больное воображение заставляло душу сжиматься в комок, стоило лишь представить, что или кто может скрываться за черными провалами оскаленного камня.
Путники осторожно ступали по неровному полу, стараясь своими шагами не разбудить застывшее в веках эхо. Лишь Тюбик непрерывно дразнил спящего хозяина этих мест мерным цоканьем своих когтей по твердому камню.
Кайрим замыкал строй, освещая хилым светом своего факела пространство перед собой. Гарн свернул влево, обходя очередную выросшую прямо посреди их тропы колонну. Тия едва не врезалась в застывшего вдруг мужа.
Робкий свет двух факелов вырвал из темноты черную, невероятно ровную поверхность. Она, казалось, была вылита из цельного расплавленного камня. Кайрим хорошо помнил это место. Марлок из его сна прошел прямо. Им сюда. Интересно, скользкая она или нет?
Кайрим целую секунду боролся с искушением и осторожностью. Но, как часто это бывает в битве между любопытством и здравым смыслом, второе получило увесистых тумаков и, с воем подбитой собаки, скрылось в темноте пещеры. Парень сделал уверенный шаг и уже почти дотронулся до черного камня, когда кто-то, словно котенка, выдернул его за шиворот.
— Куда ты прешь?! — Ошкул развернул мальчишку за плечи и вцепился в него суровым взглядом.
Голос, разбудивший веками спавшее эхо, мгновенно отразился от вековых стен и, многократно усилившись, обрушился на путников раскатом грома.
— Иду! Что?! — Кайрим уже пришел в себя от неожиданной встряски, посылая по гроту свою порцию недовольного эха.
