– Но тем не менее с тех пор вы стали постоянно куда-то исчезать вечерами вдвоем, и вы вовсе не на свидание друг к другу бегаете. Не
знаю, как Алекс, а вот ты вдруг стала проявлять интерес к наукам
настолько, что уже на несколько лет обогнала школьную программу
в некоторых дисциплинах. Ты стала показывать успехи в спорте, хотя раньше частенько ленилась, зато почти перестала дурачиться.
И у тебя начало портиться здоровье. Ты периодически впадаешь
в транс, во время которого несешь странную чушь, иногда на непонятном языке. Ты перестала делиться с нами новостями, прячешь-69
ся, когда говоришь по телефону или что-то пишешь. И ты постоянно чего-то боишься – это тоже, увы тебе, заметно. Ко всему этому
кошмару явно имеет отношение кольцо, которое у тебя появилось
после той злополучной встречи с вашим другом. Ты просто в панику впадаешь, когда тебя просят его снять. Да, оно, конечно, краси-вое и явно ценное, но раз это так – на кой носить его в школу? Ведь
тебя и по дороге домой могут ограбить! Ты сильно изменилась, Джулия. Очень сильно. И это становится очевидно уже не только
нам двоим. Так что мы сделали несколько выводов: или ты сошла
с ума, что маловероятно, или заболела чем-то страшным – но тогда
время бить тревогу.
– Я не больна, – упрямо твердила Джулия.
– Ты не больна, – поддержал Сашка, – у тебя нет вредных привы-чек и ты не сумасшедшая.
– Знаешь, что мы с Сашкой думаем? – подытожила Инка. – То, что тебя втянули в какую-то опасную авантюру и ты, по доброте
своей, дала кому-то слово – помочь, или молчать, или все вместе.
И мы были бы не против, если бы твое поведение не пугало. Мы –
твои друзья, Джулия, и мы хотим знать, что, черт возьми, происходит! Нам очень неприятно думать, что ты нам больше не дове-ряешь.
– Я вам доверяю! – чуть не плача выкрикнула Джулия. – И я вам
правда очень благодарна! Но я не могу открыть тайну без разрешения тех, кто мне ее доверил!
– Узнаю нашу Джулию! – улыбнулась Инка. – Уважаю твой выбор. Но просто обещай нам, что больше не будешь прятаться. Если
тебе плохо или страшно – просто скажи, мы найдем, как тебя «прикрыть». Не пугай нас больше!
Джулия подняла глаза и встретилась взглядом с Инкой, на ее
лице застыло отчаяние. Она помедлила несколько мгновений, а потом коснулась в доверительном жесте ее локтя.
– Обещаю, – произнесла она тихо. – И, поверьте, ребята, если
бы я могла – вы были бы последними, от кого я стала бы прятаться.
– Верим, – ободряюще улыбнулся Сашка, а Инка обняла подругу
за плечи.
– Знаешь что, поваляйся тут, отдохни пока, – предложила она. –
Мы с Сашкой придумаем, как это объяснить другим.
70
– Спасибо, ребята! – в глазах Джулии стояли слезы. – Вы самые
лучшие!
Инка и Сашка переглянулись и оба вздохнули с облегчением – теперь перед ними была их старая подруга, которую они едва не потеряли. Но игра стоила свеч.
Когда друзья ушли, Джулия вытянулась на диване, закинув руки
за голову, и задумалась. Что сказать друзьям, не нарушив слова? Она
и так чувствовала себя перед ними виноватой дальше некуда. С другой стороны, раз они заметили изменения в ее поведении и состоянии, кто будет следующий? Надо известить Эрика, пока не поздно.
Порывшись во внутреннем кармане, девочка извлекла крошечный, похожий на брелок, коммуникатор и набрала единственный номер.
– Что значит, вас раскрыли? – нахмурился Эрик. Он не сердился, нет – он был напуган. Шеррел молчал, прислонившись к стене
за его спиной, скрестив руки на груди.
– Я предупреждал, что такое случится, – заметил он как бы между
прочим.
– Но почему так скоро?
– А почему бы и нет? Что делать, если у наших юных героев такие
внимательные друзья? Нам радоваться нужно, что они не останутся
в одиночестве, случись что.
– Нам бы твою уверенность, Шеррел, – вздохнул Эрик и недобро
покосился на Алексея и сочувственно – на Джулию. Те предпочли
с ним взглядами не встречаться. – Но что теперь делать?
Вилон пожал плечами.
– Сказать правду. Если они из-за обмана потеряют друзей, это
будет самой большой ошибкой в их жизни. И мы все знаем, куда
она приведет.
– Но где гарантия, что история не пойдет дальше? – упрямо возразил Эрик.
– Никакой. Но я уверен, что этого не случится.
– Ну, раз ты уверен… – Эрик развел руками. – Тогда мне крыть
нечем.
– Меня гораздо сильнее беспокоят видения нашей дорогой Джулии, – продолжил вилон, не обращая внимая на его высказывание.
– Девочка моя, – он пристально посмотрел на Джулию, – расскажи
подробнее, что ты видела, от момента начала до самого выхода. Не
71
забывай ни одной детали – ощущения, мысли, образы. И не бойся, если что – мы рядом.
– Они всегда были разные… – пожала плечами Джулия. – Но всегда одинаково страшные…
Она поведала о своих кошмарах. Эрик и Шеррел слушали молча, первый выглядел угрюмым и потерянным, лицо второго ничего не выражало, но девочка уже привыкла к этому: вилон почти
никогда не демонстрировал собственные мысли и эмоции – кроме
радости и доброты.
