— В этой плоскости они боятся лишь одного, — сказал Гованон Спутнику Героев. — Крэг Дона. И об этом мы тоже должны помнить.
— Они об этом не забывают. И не подойдут к Крэг Дону.
Кузнец Гованон свел черные лохматые брови.
— А может, и подойдут, — произнес он.
— Мы должны думать не о Крэг Доне, а о Кер Ллуде, — сказал друзьям Корум. — Ибо именно его придется штурмовать. Как только Кер Ллуд будет взят, сразу же поднимется боевой дух. Этот подвиг придаст силы нашим воинам и поможет им раз и навсегда покончить с фой миоре.
— Великие деяния нам в самом деле необходимы, — согласился Гованон. — Но нужны и умные мысли.
— И союзники, — с чувством добавил Джери, — такие союзники, как ты, добрый Гованон, и золотой Илбрек. Побольше друзей-сидов.
— Думаю, что, кроме нас двоих, сидов больше не осталось, — пробормотал Гованон.
— Уж не тебе высказывать такие мрачные мысли, друг мой Джери! — Корум хлопнул серебряной рукой своего спутника по плечу. — Почему у тебя такое настроение? Мы сильны как никогда прежде!
Джери пожал плечами.
— Может, я не понимаю мабденов. Они так радуются всем новоприбывшим, словно забыли о предстоящих опасностях. Словно они собираются на дружескую прогулку с фой миоре, а не на смертный бой, который решит судьбу их мира!
— Так что, им надо горевать? — удивился Гованон.
— Нет…
— Они должны готовиться к смерти или к поражению?
— Конечно, нет…
— Так что, им исполнять друг для друга погребальные песни или петь и веселиться? Неужели они должны ходить с унылыми лицами и глазами, полными слез?
Джери не мог не улыбнуться.
— Скорее всего, ты прав, страшный карлик. Просто дело в том, что я слишком много видел. Участвовал во многих сражениях. Но никогда прежде не встречал людей, которые так легкомысленно готовятся к смерти.
— Думаю, таков образ мышления мабденов, — сказал Корум и посмотрел на Гованона. Тот расплылся в улыбке, — который они переняли от сидов.
— А кто сказал, что они готовятся к своей смерти, а не к гибели фой миоре? — добавил Гованон.
Джери склонил голову.
— Принимаю. Твои слова вдохновляют меня. Просто все это странно, а странности всегда как-то мешают мне.
Корум и сам был удивлен, видя своего всегда веселого друга в таком мрачноватом настроении. Он попытался улыбнуться.
— Брось, Джери, такое упадническое настроение тебе не подходят. Ведь обычно насупленным ходит Корум, а Джери сияет улыбкой…
Джери вздохнул.
— Да, — грустно сказал он. — Надеюсь, наши дела в это непростое время не будут забыты.
И, отойдя от друзей, он пошел вдоль стены, пока не остановился, глядя куда-то перед собой. Он ясно дал понять, что не хочет продолжения разговора.
Гованон посмотрел на солнце.
— Скоро полдень. Я пообещал помочь советом кузнецам Таха-на-Ану. У них возникли проблемы с подбором и весом молотов, которые мы с ними выковали. Надеюсь, что вечером еще поговорим с тобой, Корум, когда соберемся обсудить наши планы.
Корум вскинул в знак приветствия серебряную руку. Гованон, спустившись по ступеням, пошел по узкой улочке, что вела к главным воротам.
Ему захотелось присоединиться к Джери, но, без сомнения, Джери пока не нуждался в чьем-либо обществе. Помедлив, Корум тоже спустился вниз и отправился на поиски Медбх, ибо внезапно испытал острую необходимость получить утешение от любимой женщины.
Пока Корум шел к королевскому залу, ему пришло в голову, что, может быть, он стал слишком зависим от этой девушки. Порой принцу казалось, что он нуждается в ней, как любой мужчина нуждается в выпивке или наркотике. И хотя Медбх всегда была готова искренне ответить, казалось, что он нечестен, предъявляя ей такие требования. Разыскивая девушку, Корум ясно понял, где посеяны семена той трагедии отношений, что установились между ними. Корум пожал плечами. Не стоит подкармливать и взращивать эти семена. Их надо уничтожить. И пусть даже основная цель его бытия предопределена, есть некоторые аспекты его личной жизни, которые он может контролировать.
— Конечно, так и должно быть, — пробормотал он себе под нос.
Женщина, проходившая мимо, посмотрела на него, решив, что слова принца адресованы ей. Она несла охапку древков для копий.
— Милорд?
— Я вижу, готовитесь вы отменно, — смутившись, сказал Корум.
— Да, милорд. Мы все трудимся, чтобы разбить фой миоре, — она приподняла свой груз повыше. — Спасибо вам, милорд…
— Да, — кивнул Корум, помявшись. — Отлично. Что ж, доброго вам утра.
— И вам доброго утра, милорд, — развеселилась она.
Опустив голову и крепко сжав губы, Корум пошел дальше, пока не добрался до зала короля Маннаха, отца Медбх.
Но ее самой здесь не было.
— Она в оружейной, принц Корум, вместе со своими женщинами, — сообщил слуга.
Миновав коридор, принц оказался в широком помещении с высоким потолком, украшенном старыми боевыми флагами, древним оружием и доспехами. Несколько женщин учились управляться с луком, копьями, мечами и пращой.
