В шатер вошел юноша, которому исполнилось не больше четырнадцати лет. Корум узнал в нем младшего сына короля Фиахада, его все звали молодым Феаном. Он напоминал отца, но по сравнению с грузным Фиахадом был куда более гибок, и если черты лица у короля были грубоваты, то у принца тонкие и изящные. Волосы у него были рыжие, как у Фиахада, и в глазах постоянно светился такой же насмешливый огонек. Он улыбнулся Коруму, и тот, как всегда, подумал, что нет на свете зрелища лучше, чем юный воин, который уже доказал, что в собравшемся тут обществе он один из умнейших и талантливейших рыцарей.
— Может и да, молодой Феан, — засмеялся Корум. — Но эта мысль как-то не утешает меня.
Молодой Феан на мгновение посерьезнел. Он сбросил легкий плащ из оранжевого шелка и снял простой металлический шлем. Он был весь в поту, а значит, юноша истово тренировался с оружием.
— Это я могу понять, принц Корум, — он отвесил легкий поклон Илбреку, который не скрывал, что рад видеть его. — Приветствую тебя, господин сид.
— И я приветствую тебя, молодой Феан. Чем могу быть тебе полезен?
— Пока ничем, спасибо. Я зашел просто поговорить, — помедлив, молодой человек снова водрузил шлем на голову. — Но вижу, что помешал вам.
— Ни в коем случае, — возразил Корум. — Как, по-твоему, смотрятся наши люди?
— Хорошие бойцы. Ни одного слабака. Но, думаю, их маловато, — сказал молодой Феан.
— Я согласен и с тем, и с другим, — подал голос Илбрек. — Сидя здесь, я как раз обдумывал эту проблему.
— Я тоже обсуждал ее, — сказал Корум.
Наступило долгое молчание.
— Но нам неоткуда набрать новых бойцов, — сказал молодой Феан и посмотрел на Корума, надеясь, что тот возразит ему.
— Неоткуда, — согласился Корум.
Он заметил, что Илбрек, нахмурившись, промолчал.
— Слышал я об одном месте, — сказал гигант-сид. — Давным-давно, когда я был моложе, чем молодой Феан. Место, где можно найти союзников сидов. Но кроме того, я слышал, что там опасно, даже для сида, и что союзники эти ненадежные. Попозже я посоветуюсь с Гованоном и узнаю, может, он помнит побольше.
— Союзники? — засмеялся молодой Феан. — Сверхъестественный народ? Да нам нужны любые союзники, пусть и непостоянные.
— Поговорю с Гованоном, — повторил Илбрек, снова принимаясь за свой меч.
Молодой Феан собрался уходить.
— Тогда я промолчу, — сказал он. — Надеюсь, сегодня вечером увижу вас на празднестве.
Когда юноша вышел, Корум вопросительно посмотрел на Илбрека, но тот, делая вид, что всецело поглощен мечом, избегал взгляда принца.
Корум с силой растер лицо.
— Припоминаю времена, когда я лишь улыбнулся бы при одной мысли, что в этом мире могут действовать магические силы, — сказал он.
Илбрек рассеянно кивнул, словно не расслышав слов Корума.
— Но сейчас мне приходится рассчитывать на них, — с иронией признался Корум. — И волей-неволей верить в волшебство. Я потерял веру в логику и силу здравого смысла.
Илбрек поднял голову.
— Может, твоя логика была ущербна, а здравый смысл ограничен, друг мой Корум? — тихо сказал он.
— Может, — вздохнул Корум и вслед за молодым Феаном собрался откинуть полог. Но вдруг резко остановился, склонил голову набок и внимательно прислушался. — Ты слышишь эти звуки?
Илбрек тоже прислушался.
— В лагере много разных звуков.
— Мне кажется, я слышу музыку арфы.
Илбрек замотал головой.
— Трубы… где-то вдалеке. Но не арфа, — нахмурившись, он снова стал вслушиваться. — Кажется, в самом деле еле слышны струны арфы… Впрочем, нет, — он засмеялся. — Это ты уговорил меня, Корум.
Но Корум знал, что несколько мгновений он слышал арфу Дагды, и его снова охватило беспокойство. Он больше ничего не сказал Илбреку, но когда вышел из его шатра и двинулся по полю, то услышал далекий голос, звавший его:
— Корум! Корум!
Принц повернулся. За его спиной отдыхала группа воинов в юбках-килтах; они передавали из рук в руки бутылку и что-то обсуждали. А за ними Корум увидел Медбх, бежавшую по траве. Это ее голос он слышал.
Медбх миновала расположившихся на траве воинов и остановилась в футе от Корума. Помедлив, она протянула руку и коснулась его плеча.
— Я искала тебя в нашей комнате, — тихо сказала девушка, — но ты уже ушел. Мы не должны ссориться, Корум.
Настроение у него тут же улучшилось, он рассмеялся и обнял ее, не обращая внимания на соседей, все взоры которых теперь были обращены на эту пару.
— Мы больше не будем ссориться, Медбх, — сказал Корум. — Это я виноват.
— Никто не виноват. И ничто. Разве что судьба…
Медбх поцеловала его. Губы у нее были теплыми и мягкими. Корум забыл все свои страхи.
— Какой великой силой обладает женщина, — сказал он. — Я только что говорил с Илбреком о магии, но, оказывается, самое величайшее волшебство кроется в поцелуе женщины.
Она сделала вид, что удивилась.
— Ты становишься сентиментальным, сир сид, — и снова он мгновенно почувствовал, что Медбх отдалилась от него. Она рассмеялась и опять поцеловала его. — Почти таким же, как я!
Рука об руку они прошли через лагерь, приветствуя тех, кого знали, и тех, кто знал их.
