Хроники лечебницы полностью

— О да. Я поняла, что что-то не так, на первой репетиции «Лисистраты». После того как Рэйвен забралась на второй ярус и обратилась к женщинам, изнемогавшим без мужчин, с призывом объявить им сексуальный бойкот, она побледнела и потеряла сознание. Джейсон, то есть, мистер Тедеску, отнес ее в свой кабинет на совещание. Это был последний раз, когда Джейсон или я видели ее, до того, как ее отца перевели в Афины.

— А мистер Тедеску когда-нибудь упоминал, почему он вообще покинул Грецию?

— В молодости он был старостой в афинском политехе, пока солдаты хунты не устроили там бойню. Его ранили в голову, и он приехал в Америку на лечение. Пока он был здесь, он получил студенческую визу для продолжения своих исследований.

— Он много путешествовал?

— Да. По всей стране, читал лекции, навещал греческие сообщества. Он собирал материал для своей книги «Греки в Америке».

«А еще, похоже, внедрял свои спящие ячейки».

Он решил пойти ва-банк.

— Возможно, вам станет легче, если я скажу, что Рэйвен была рядом с ним, когда он умер в Афинах.

В ее пустом взгляде ничего не изменилось.

— Как это возможно?

— Девушка была в афинской лечебнице, когда он потерял сознание во время лекции, и коллега привез его туда же. Он пытался задушить ее. Его застрелили террористы при нападении.

Ее лицо было словно маска, но она снова скрестила свои костлявые руки.

— Он был как дельфийский оракул. А к ней всегда относился, словно она была его верховной жрицей.

Агент Дуган расслышал нотки ревности.

— Спасибо, что уделили мне время, мисс Салинас. Я пойду в библиотеку, взгляну на его бумаги.

— Это невозможно, агент Дуган.

— Почему же?

— Мистер Тедеску назначил меня распоряжаться его архивом. Согласно его пожеланию, чтобы обеспечить криптографическую цельность пророчеств, я отослала их в архивы Национальной библиотеки Греции, в Афинах.

— Что ж, я сам направляюсь туда. Взгляну заодно.

Она застыла.

— Согласно его пожеланию, я сделала распоряжение, чтобы его бумаги оставались запечатанными в течение десяти лет. После чего их смогут просматривать только филологи и историки.

Задумавшись об этом, он прислонился к одному из пустых картотечных шкафов. Шкаф отклонился, и Дуган заметил показавшийся край бумаги. Он поднял скомканный лист и разгладил его. «ОПЕРАЦИЯ «ЗУБЫ ДРАКОНА», гласило заглавие, под ним стояло слово «ЧТО», а дальше две строчки, написанные от руки. Слова были вычеркнуты и многократно переправлены. Он прочитал их вслух:

— Семена Медленной Смерти в наших Норах… Мы покараем Крестоносцев. Иншалла… Вам это ни о чем…

Она вдруг сдвинулась с места, и он поднял взгляд. Бронзовый бюст Зевса взлетел в ее руках. Ее глаза горели дикой злобой. Он попытался отразить удар.

Не успел. Взрыв боли. Все поплыло. Размылось. И потемнело…

Доктор Мартин Кайл смиренно принимал овации, стоя после своей лекции в академии Греческой национальной библиотеки. Поглаживая свою бородку клинышком, он вышел из-за подиума к столу и стал подписывать свою последнюю книгу, «Юнгианский анализ культов, несущих смерть».

Когда холл почти опустел, он откинулся на спинку стула и ослабил галстук. К нему приблизились трое: пожилой человек с черной повязкой на правом глазу в сопровождении двух греческих полицейских.

— Доктор Кайл, я капитан полиции Гектор Элиаде из оперативной группы по борьбе с терроризмом, — его глубокий голос разносился эхом в почти пустой аудитории. — Мне понравилась ваша лекция. А теперь я буду признателен, если вы ответите на несколько вопросов.

— О чем?

— Насколько хорошо вы знали Ясона Тедеску?

— Мы оба преподаем в Уэйбриджском университете, в Огайо. Я отвез его в больницу на прошлой неделе. А в чем дело?

— Это я задаю вопросы, доктор Кайл. Почему вы отвезли его в психиатрическую лечебницу?

— Он меня попросил. Она ближе всего к академии. Сразу после выступления по древнегреческим и римским загадкам у него случился приступ. Как у него дела?

— О каких греческих загадках он говорил?

— Древних. Он рассказывал, как умер Гомер, не сумев разгадать загадку юных рыбаков.

— Что Тедеску говорил об этом?

— Что Гомер отправился к дельфийскому оракулу в храм Аполлона, чтобы выяснить, где он родился. Пророчица сказала ему, что дом его матери на острове Иос. И добавила: «Остерегайся детей, загадывающих загадки».

— Да, доктор Кайл, продолжайте.

— Пожилой Гомер отправился на Иос. Там на берегу к нему подошли два мальчишки, ловивших рыбу. Он спросил, что они поймали. Один из них ответил: «Что мы поймали, мы выбросили, а чего не поймали, оставили у себя». Тогда Гомер вспомнил предостережение оракула о детях, загадывающих загадки. Не сумев решить загадку этих мальчишек, он умер от сердечного приступа.

— Тедеску сказал слушателям отгадку?

— Нет, как ни странно. Как раз тогда у него случился приступ и он потерял сознание на кафедре.

— Что вы можете сказать о его связи с марксистской террористической группой «17 ноября»?

Доктор Кайл поправил галстук.

— Мне об этом ничего не известно.