Входная панель задвинулась так же шустро, как и отъехала в сторону мгновением ранее. Шустро настолько, что успела чиркнуть меня по носу, словно наказывая: «Не суй его не в свои дела».
– Ликтор Ильин, полагаю? – раздался спокойный, но уверенный голос за моей спиной.
Потирая саднившую часть лица, я развернулся и увидел пристально смотревшего на меня мужчину. Он был довольно высок и, судя по облегающим брюкам и застегнутой на все пуговицы рубашке, атлетически сложён. Он стоял в дальнем конце кабинета, опершись спиной к столу и скрестив руки на груди так, что это заставляло меня переживать за ткань, норовившую лопнуть по швам на его плечах. Короткая стрижка и кожаные перчатки лишь сильнее отбивали желание связываться с этим типом, но больше в кабинете никого не наблюдалось, а значит и выбирать не приходилось.
– Верно полагаете, товарищ Томас Брейдер, – кивнул я, параллельно рассматривая внутренности кабинета.
На первый взгляд, ничем не примечательная комната, но на самом деле она лишь обманывала посетителя своим белым минималистическим интерьером, словно пытаясь подражать пустым стерильным коридорам. Однако, стоило моим глазам привыкнуть к белизне, как взгляд уже выхватывал диковинные статуэтки, вазы и полотна, созданные, скорее всего, еще до эпохи Илона.
– Мне сообщили, что мой сотрудник погиб на выезде, а вы тот, кто приложил к этому руку. Насколько это правдивая информация?
Мой? С каких пор помощники владеют людьми? Если уж этот тип такой властный, то каков тот, что стоит выше него?
– Правдива на все сто. Однако, бросьте эти игры. Вы же позвали меня не судьбу бедного юноши обсуждать?
– А о чём, по-вашему, мне
– Как же? – обойдя Брейдера, я протиснулся за его стол, проворачивая в руке пустую колбу, что забрал у Максимофа. – Попытаться вернуть активы, разве нет?
Главный помощник развернулся лицом к своему столу и, опершись на него двумя руками, лишь удивленно поднял бровь в ответ.
– Да ладно! Вы же явно деловой человек! – я развалился в кресле, пытаясь поудобнее расположиться за рабочим местом Брейдера. – А это значит, что совершать выгодные сделки вам не впервой.
Я медленно подвинул пустую колбу из-под концентрата ближе к Томасу, позволяя ему осмотреть маркировку на свету. Откинувшись обратно в кресле, я наблюдал, как меняются эмоции на лице помощника главы ДС. Легкая раздражительность от моей наглости сменилась на безразличное добродушие. Он как будто искренне не понимал, что происходит, однако тот факт, что мне чересчур легко позволяли вести себя так вольготно, давал понять – Брейдер прекрасно осознаёт свое положение.
– Это подарок, – я лениво пошевелил пальцами, словно жалуя щедрые чаевые, – вклад во взаимовыгодное сотрудничество, если позволите.
Пару мгновений в Брейдере еще что-то боролось, но, видимо, поняв, что нет смысла валять дурака, он явил своё истинное лицо.
– И что вы хотите предложить? – промурлыкал Томас с видом знающего дельца.
– Такую же, – я достал вторую колбу из брюк. Крутанув её на столе, я дождался, когда жидкость внутри остановится, и снова убрал в карман. – Но полную.
Еще секунд тридцать глаза Брейдера сужались и расширялись, уставившись туда, где мгновение назад вертелась заветная ампула.
– Вы говорили о
– А я здесь не как Ликтор, а как обеспокоенный своим будущим Гражданин, – пожал я плечами. – Вы не представляете, насколько я устал от подобного дерьма. За двенадцать лет работы я наелся его столько, что вам и не снилось! Я своё уже «назащищал», пора и на покой. К такому же выводу, видимо, приходит и моё руководство, и та пигалица за дверью, что прислали мне на замену, – явное тому доказательство.
– Тогда зачем приезжать и разнюхивать здесь всё?
– Решил, что раз Эфес не сможет обеспечить безбедную старость отставного Ликтора, то у нашкодившей Дотационной Службы есть все возможности в этом преуспеть. Потому и разнюхивал – нужно было удостовериться в вашей «вшивости».
Я снова принялся ждать гипнотического взгляда или игру желваками, но лицо Брейдера абсолютно ничего не выражало, а спустя мгновение он и вовсе рассмеялся.
– А зачем мне платить за то, что
– Ну, это несерьёзный подход, товарищ Брейдер! – я картинно закатил глаза. – Мы оба отлично понимаем, что как раз из-за знака вашей фирмы на этой маленькой колбочке вы и поплатитесь! Для вас важно не содержимое сосуда, а то, что этот странный сверхсекретный препарат больше не будет фигурировать в деле о многочисленных убийствах. Ведь ваш маленький промах не только проливает свет на вас лично, как заказчика смертельного буйства, но и кидает тень на руководство Партии, как инсценировщиков производства секретного концентрата. И что-то мне подсказывает, что Партия захочет, чтобы он и дальше оставался таковым.
