– И вы, конечно, сохраните этот секрет… за скромное вознаграждение? – веселый вид Брейдера от чего-то напрягал меня куда больше, чем серьезный.
– За
– Однако, пока наша сделка находится на рассмотрении, препарат останется у вас, как гаранта первичных договоренностей?
Ох уж эти офисные засранцы. Меня начинало слегка потряхивать от бюрократического словоблудия Брейдера и его веселой ухмылки.
– Я
Обойдя стол, я подошёл вплотную к этому мешку перекаченного мяса.
– Завтра я верну вам ваш фургон и планирую уйти не с пустыми руками, как сейчас. Хочу неограниченные дотации. Наглеть не буду – пять парткойнов в день мне хватит сполна.
Хоть и медленно, но ухмылка Томаса стёрлась, а лицо вновь стало беспристрастным. Брейдер протянул мне правую руку, всем своим видом показывая, что согласен с условиями. Однако, рукопожатие было довольно агрессивным. Мою ладонь сдавили с такой силой, что сомневаться не приходилось – вместо руки Брейдер скрывал под перчаткой ратионный протез.
– Рад, что вы так скоро определились, – улыбнулся я, пытаясь скрыть боль в своих костяшках. – У вас стальная хватка.
– Оценивать риски – моя работа, – ответил он мне, видимо, решив, что я имел в виду профессиональные навыки. Мы разорвали рукопожатие и оба ощерились в ответ друг другу.
– А моя работа – отправить вас в Гикопроторий, – уже у выхода кинул я. – Однако за её выполнение мне явно недоплачивают.
Кадет стояла ровно в той же позе, в какой я её оставил. Лишь дрон был на плече с левой стороны, а не с правой. Наверное, Гера не давала расслабиться местной охране, пилотируя мерзко жужжащую железку между голов «старших братьев».
– Ох, Эбберт, как же здесь душно! На улицу не хочешь?
Стоило входной панели отъехать, а мне сказать эти слова, как тут же все взгляды, включая механические, вперились в меня. Все, кроме моего кадета, которая лишь слегка дернула головой в сторону.
– Да расслабьтесь вы! Возникло маленькое недоразумение, но с вашим боссом мы всё уладили. Я получил нагоняй и больше не буду кошмарить бравую охрану своими глупыми выходками, – подняв руки вверх, я примирительно улыбнулся бездушной железной свите, что обступила меня, стоило открыть рот.
– Добрый день, сэр! – воскликнул глава охраны на звук отъезжающей вновь панели за моей спиной. – Конвоируем Ликтора по вашему приказу, сэр!
Оборачиваться не было смысла. Только один человек мог выйти из кабинета следом за мной.
– Я приказал привести Ликтора ко мне, – Брейдер опустил руку мне на плечо, помогая лишний раз удостовериться в её ратионном происхождении. – Но не помню, чтобы просил толпиться после этого под дверью.
Глава охраны, будто став выше, резко кивнул и замахал руками, заставляя своих людей и стражей построиться в шеренгу у стены. В считаные секунды проход был освобожден.
– Проводите наших гостей до выхода, мало ли, снова заплутают. А я бы не хотел, чтобы силы правопорядка тратили своё драгоценное время, – Брейдер быстро раздал поручения подчинённым, а потом снова уставился на меня. – Всего доброго, Ликтор Ильин.
– До скорой встречи, мистер Брейдер! Но каким бы драгоценным моё время ни было, я всегда найду пару минут на вас!
Томас ответил мне кивком и легкой улыбкой, однако, едва заметное подергивание под правым глазом рушило всю иллюзию учтивости. Испытывать терпение большого начальника при его подчинённых не очень-то хотелось, поэтому, указав Эбберт на выход, я двинулся прочь.
Вышагивая по длинному коридору, я пустился в глубокие размышления, боясь, что меня вырвут оттуда назойливые вопросы кадета или негодования Володи, которого нам снова всучили в проводники. Но на удивление напарнички мои помалкивали, да и в принципе вокруг как будто всё замерло, что не могло не радовать.
Только вот ощущение было странным, словно с каждым шагом температура вокруг поднималась, делая воздух более душным. Казалось, что узкий коридор издевался надо мной. Виляя и удлиняясь, он будто и не думал заканчиваться. Оттягивание во́рота свитера абсолютно не помогало, а выступавший на лбу пот даже не удавалось как следует вытереть, так как руки все сильнее начинало трясти. Молодежь впереди всё дальше отдалялась, оставляя меня наедине с этим состоянием.
И хорошо. Пусть идут дальше. Пусть молодые пробивают себе путь, а я спокойно дойду до своей цели по проторённой тропе. Но тоже буду у финиша. Результат един.
Тем не менее ноги мои начинали заплетаться, а в легких словно застрял кисель. Не доберусь. Нет! Дойти нужно, и дойти самому! Иначе точно решат, что пора на пенсию, или ещё чего хуже. Тело лишь инструмент. Все процессы в нем делегирует мозг, значит, нужно его чем-то занять, чтобы он не запускал эти самые процессы.
