— Клянусь Юпитером, ты прав, Эд! — вскричал Питер. — Молодец! Значит, мы и впрямь жили в Кэйр-Паравеле сотни лет назад. И теперь мы в Нарнии все равно что крестоносцы, или саксы, или бретонцы в современной Англии!
— Как нам обрадуются… — начала было Люси, но вынуждена была замолчать, потому что в этот миг все вдруг зашипели, призывая друг друга к молчанию.
Из-за лесистого мыска на противоположном берегу (ребята были уверены, что за этим мысом находится устье реки) — показалась лодка. Обогнув мыс, она повернула и двинулась к острову. В лодке сидели двое, бородатые, оба в шлемах и кольчугах — должно быть, солдаты. Один греб, второй, сидевший на корме, держал какой-то узелок, извивавшийся, будто живой.
Ребята поспешили укрыться в лесу, затаились и стали ждать, что будет дальше.
— Хватит, — крикнул солдат на корме, когда лодка приблизилась к острову.
— Может, камень ему к ногам привязать? — спросил второй.
— Обойдется! — прорычал первый. — Да и где ты возьмешь камень — кругом вода. Раньше надо было думать. Ничего, и так утонет, коли мы его как следует свяжем. — Он встал и поднял узелок. На самом деле то был никакой не узелок, а самый настоящий гном, крепко связанный и отчаянно пытавшийся вырваться.
Над ухом Питера тренькнула тетива. Солдат выронил гнома, всплеснул руками — и рухнул за борт. Пущенная Сьюзен стрела угодила ему в шлем. Вот он вынырнул, побарахтался немного и поплыл к дальнему берегу. Питер повернулся к сестре: Сьюзен, бледная как мел, накладывала на тетиву вторую стрелу. Впрочем, еще одного выстрела не понадобилось. Когда его товарищ упал за борт, первый солдат вскочил с громким криком и сам прыгнул в воду, добрался до берега (судя по всему, там была отмель), припустил без оглядки и скрылся за деревьями.
— Скорее, а то ее унесет течением! — Питер и Сьюзен, не раздеваясь, бросились в воду. Прежде чем вода дошла им до плеч, они уже добрались до лодки и потянули ее к берегу. Гнома положили на песок. Эдмунд принялся разрезать веревки своим ножом. (Конечно, меч Питера был куда острее, но мечом веревки резать неудобно — слишком уж он длинный.) Наконец перерезали последнюю веревку. Гном сел, потер запястья, огляделся и воскликнул:
— Ха! Что бы там ни болтали, вы точно не призраки!
Коренастый и широкоплечий, как все гномы, был он футов трех ростом. Густая рыжая борода и пышные усы скрывали его лицо, виднелись только острый, похожий на клюв нос да черные глубоко посаженные глаза.
— Призраки вы или нет, — продолжал гном, — вы спасли мне жизнь, и за то я вам премного обязан.
— А почему мы должны быть призраками? — удивилась Люси.
— Всю мою жизнь, — торжественно заявил гном, — мне твердили, что в этих лесах призраков больше, чем деревьев. Ну, как тут не поверить, когда все вокруг верят? И потому тех, от кого хотят избавиться, обычно привозят сюда и, как принято говорить, отдают призракам. Меня тоже, как понимаете, отдали призракам. Сам я, честно говоря, думал, что изгоев вроде меня просто топят или режут им глотки. Но те трусы, которых вы подстрелили, они-то в призраков еще как верили! И в лодку-то садиться боялись, не то что плыть!
— Вот почему они удрали, — проговорила Сьюзен.
— Чего? — не понял гном. — Кто удрал?
— Солдаты, — отозвался Эдмунд. — На берег выбрались да как дунут!
— Я не хотела никого убивать, — пояснила Сьюзен, чтобы гном не решил, будто она промахнулась с такого расстояния.
— Гм… — Гном поморщился, — Упустили, значит? Жаль, жаль; а ну, как аукнется потом? Распустят языки-то, и заявится сюда целое войско…
— За что тебя хотели утопить? — спросил Питер.
— О! — Гном подбоченился. — Я — очень опасный преступник! Ежели любопытно, могу рассказать, что да как, но история эта долгая, не мешало бы для начала подзакусить. Что-то аппетит разыгрался, после казни-то.
— У нас только яблоки, — призналась Люси.
— Тоже сойдет, — откликнулся гном, — хотя, конечно, свежая рыбка повкуснее будет. Видно, придется мне вас на завтрак пригласить. В лодке вроде удочка была. Ну, плывем? Все равно нужно лодку на другую сторону увести, чтоб нас не заметили с того берега.
— И как я сам не сообразил! — Питер хлопнул себя ладонью по лбу.
Впятером оттолкнули лодку от берега и по одному забрались в нее. Гном сразу принялся командовать. Питера он усадил на весла, а сам сел за руль. Лодка двинулась на север, потом повернула на восток, огибая остров. Показалось устье реки и речная долина, окаймленная холмами. Ребятам чудилось, будто они узнают знакомые места, однако в прежние времена — в ту пору, когда они правили Нарнией — поблизости от Кэйр-Паравела никакого леса не было.
