Впрочем, я и сам уже изрядно вымок. Хлещет как из ведра, а на мне из верхней одежды лишь тонкое демисезонное пальтишко. По волосам и спине стекает в три ручья, ноги в туфлях чавкают, рубашка прилипла к груди.
– Как так можно вляпаться? – сокрушается она. – Просто не верится!
Похожа на неопытную театральную актрису, задача которой – максимально ярко показать режиссеру раздражение и ненависть, но от того, что актриса она неопытная (допустим, это её первые пробы) или слишком добрая, получается игра смешной и нелепой.
Но как же она красива и сексуальна! Даже во гневе…
Вместо того, чтобы сказать хоть слово, просто смотрю на нее и не могу отвести глаз. Уже и дождь не так раздражает, и вода в обуви… Ради такой красоты можно и под ливнем постоять, и заболеть, и туфли дорогие испортить.
Большие черные глаза, обрамленные короткими завитыми ресничками. Мокрые, розовые в меру пухлые губы. Волосы, сексуально облепившие щеки, порозовевшие то ли от осенней прохлады, то ли от злости.
И еще эти веснушки под глазами… Ничего красивей не видел.
В ней всё так гармонично, целостно: черты лица, одежда, движения рук, мимика, голос. А фигура какая… В общем, всё как я люблю.
Как бы мне не упустить эту птицу? Упорхнет ведь и не посмотрит, что у меня тачка бизнес-класса и пальто за две тысячи долларов. Эта девочка не из тех, кто ведется на роскошь и крутые машинки. Таких надо цеплять чем-то более серьезным и глубоким.
Ну ничего… Это мы умеем.
Настолько сильно возбуждаюсь, что приходится нарочно сдерживаться от того, чтобы не подойти к ней ближе и не обнять или взять за руку, прикоснуться хоть кончиком пальца к её лицу, скользнуть ладонью по груди, прихватить за талию и прижать к себе.
– Я запомнила твои номера! – сообщает она. – И я это так не оставлю!
– И чего мне ждать? – слизывая соленую воду с губ, спрашиваю я.
Мне и правда интересно.
– Какая тебе к черту разница? – уже немного спокойнее, но всё также сердито восклицает она.
Я пожимаю плечами.
– Да так, интересно просто.
Колеблется, раздумывая над вариантами возмездия в мой адрес и её, наконец, осеняет. С нескрываемым наслаждением она говорит, что найдет мою машину и проколет колеса. Но вскоре придумывает более изощренный вариант – облить мою тачку валерьянкой, чтобы кошки расцарапали мне весь кузов.
– Это несоизмеримо с тем, что я учинил с вами, понимаете? – не всерьёз возражаю я. – Вы собираетесь испортить моё имущество, а ведь я просто облил вас водой из лужи!
– Просто облил водой из лужи? – негодует она и её голос снова становится на два-три тона выше – Сам-то понимаешь, что несешь? Ты испачкал меня в грязи! Окатил из лужи! Посмотри на меня – я же вся мокрая как курица!
– Почему же сразу как курица?
– И как мне дальше идти в таком виде? Что прикажешь делать?
– Надеюсь, вы не на свидание собирались? – спрашиваю я с улыбкой, по шкале несуразности приближающейся к наивысшей отметке. Сто баллов из десяти возможных.
Конечно, стоило узнать, свободна она или нет. Но не так топорно, конечно.
– Да пошел ты! – выдает она мне напоследок и вскидывает над собой зонт.
Кольца на пальце я не заметил – это меня воодушевило.
Оборачивается и гордо уходит вперед вдоль обочины, нервно шлепая по воде. Стряхивая с волос воду, вытягивает руку над дорогой в надежде словить такси и продолжает что-то обозлённо бубнить себе под нос.
– Не возьмут вас в такую погоду! – кричу я ей вслед. – А если решите вызвать машину через службу такси, никто не приедет. В такую погоду у них не бывает свободных водителей. Или цены космические.
– Езжай куда ехал, эксперт, – бросает она мне через плечо. – Не маленькая – разберусь!
Подхожу к ней сзади, осторожно кладу руку на ее плечо, чтобы обратить на себя внимание.
– Не трогай меня! – шипит она, одергиваясь, и отходит дальше на пару шагов.
– Хорошо, хорошо! – соглашаюсь я. – Но позвольте мне хоть как-то вам помочь? Мне правда очень неловко…
– И что? – спрашивает она не оборачиваясь.
– Могу оплатить химчистку вашей одежды и обуви, отвезти домой. Или… – я выдерживаю паузу, обдумывая, насколько уместно прозвучат мои слова и, набравшись смелости, продолжаю: – …угостить горячим шоколадом, к примеру. Вам бы согреться, а то так ведь и заболеть недолго.
Она смотрит с презрением на пролетающие мимо машины (со стороны мы выглядели как парочка, решившая прямо на дороге выяснить отношения, поэтому никто и не притормозил), глядит на часы, оборачивается.
– А почему бы и нет? – проясняется внезапно она, но брови её остаются хмурыми. – Я про химчистку, а не про этот твой шоколад, так что не обольщайся! Флиртовать еще вздумал… ты посмотри!
Я развожу в ответ руками, давая ей понять, что согласен, и мы идем к машине.
Она складывает зонтик и с одолжением садится на заднее сиденье.
Достаю из бардачка пачку салфеток и протягиваю их ей, чтобы она промочила ими хотя бы лицо и руки. Отказывается. Говорит, что эти салфетки делу не помогут и просит лишь отвезти её домой, не задавая по дороге лишних вопросов.
