Потом, доехав до нужной остановки мы, наконец, выходим из автобуса. Вместе идем до клуба, где уже начался концерт, и когда входим внутрь, тебя с твоим другом сразу же поглощает многоликая и пестрая толпа таких же неформалов-металлистов.
Мы с Настей идем по коридору, проталкиваясь сквозь разношерстный народ, и вдруг на нашем пути встает высокий крепкий детина с безумной улыбкой и диким взглядом. На нем камуфляж с белым нитяным аксельбантом, тельняшка и яркий голубой берет. Глаза такого же цвета смотрят на нас с явным восторгом. Неизвестно каким ветром его занесло в клуб на метал-концерт.
— Девушки, а вам нужен рыцарь? — обращается он к нам.
— Нафиг нам рыцарь? — бурчит Настя.
— Да я как бы сам не в восторге, дембельнулся только вот, — усмехается парень.
— Тогда зачем предлагать? — спросила я.
— Мне цыганка нагадала, что если буду рыцарем, встречу сегодня свою судьбу, — искренне отвечает он.
— Чувак, ты где этот подкат вычитал, в журнале «Пенсия»? — смеется Настя.
— Окей, забудем о цыганах! Давайте тогда просто знакомиться, — предлагает он и протягивает мне руку, — Семен.
— Ника, — отвечаю я и пожимаю его крепкую ладонь.
Настя тем временем тянет меня за край футболки. Но я не обращаю внимания. Я первый раз в «Саббате» и не знаю, как тут принято общаться, а вдруг отказ от знакомства является дурным тоном. И потом, не так часто мне это вообще предлагают.
— Ника? — переспрашивает парень, — Необычное имя.
— Меня мама назвала в честь дедушки, он на войне погиб, — поясняю я.
— Да? И как его звали?
— Николай, — отвечаю я, удивляясь его недогадливости.
— Ну, хватит! — Настя хватает меня за руку и прямо таки тащит в зал.
Десантник растерянно смотрит нам в след.
В зале мы тусуемся, слушаем "Монстров", отрываемся во всю у сцены. Невероятная громкая и живая атмосфера захватывает меня.
«Монстры» все как на подбор: высокие, крепкие, длинноволосые, одетые в черное и с кучей татуировок. Они исполняют песни «Металлики», «Парадайз Лост» и еще каких-то брутальных команд, названий которых я не знаю. Но мне очень нравится происходящее действо. До этого дня, я ничего тяжелее «Нирваны» не слушала, и теперь мощная порция музыки едва не сбивает меня с ног. Но я радостно впитываю эту энергетику. Я чувствую мурашки и дрожь по всему телу. То ли от ревущих звуков фузовых гитар, то ли от восторга, который меня охватывает, когда я вижу, как фронтмен «Монстров» уходит с гитарой вглубь сцены, а потом вдруг резко возвращается, останавливается у самого края, ставит ногу на монитор, и слегка откинувшись назад, начинает играть какое-нибудь особенно пронзительное соло. В полутьме видно только его силуэт, пряди светлых волос, подсвеченные прожекторами, красиво изогнутый стан и сильные руки, нежно держащие гитару. Зал при этом ревет в экстазе. И мы с Настей тоже.
— Какие у него глаза! Ты видишь? — орет со всей силы мне в ухо Настя.
— Какие глаза? Тут темно, не видно же ни черта! — кричу я ей в ответ, не слыша своего голоса во всем этом грохоте гитар и ударных.
— В эти глаза нельзя не влюбиться! — исступленно продолжает вопить Настя, — Вот парень красавец настоящий, поняла?! Не то, что этот валенок в берете!
Вместо ответа я смеюсь и рукой ерошу ее немного влажные от жары волосы. Всегда она так, готова влюбиться во всех, и всех влюбить в себя. И главное, ей это как-то удается!
Потом после концерта мы бесимся на дискотеке, танцуем и трясем волосами, позабыв обо всем. Вокруг веселится пестрая толпа. Я вижу, как где-то на заднем плане залихватски отплясывает десантник. Подумать только, ВДВ-шник рубится под «Papa Roach».
Настя уговаривает остаться в клубе до утра, но я как обычно не могу. Обещала маме вернуться до полуночи. Настя смеется надо мной и представляет, что из-за своей обязательности, правильности и привычки приходить домой вовремя, я, однажды опоздав всего на секунду, превращусь в тыкву. Но к счастью, она меня не бросает. И мы вместе идем к выходу. Краем глаза замечаю, что десантник устремляется за нами.
Когда мы выходим на улицу, он догоняет и предлагает проводить, Настя делает мне страшные глаза, мол «не говори с ним». И тут нас спасает чей-то окрик:
— Эй, десантура! Есть закурить?
Мы оборачиваемся и вдруг видим сразу всех троих «Монстров». Они стоят, красиво выделяясь на фоне стены разрисованной граффити, неземные и недосягаемые, словно боги Олимпа. ВДВ-шник откликается на их зов, а мы с Настей, пользуясь заминкой, спешно бежим за угол и дальше прочь.
Отбежав на безопасное расстояние, жадно вдыхаем свежий вечерний воздух и хохочем. Но Настя вдруг замолкает, останавливает шаг, потом поднимает глаза к небу и грустно произносит:
— Ничего не будет.
— Ты о чем, — спрашиваю я.
— У нас с Максимом, — скорбно поясняет Настя, — Я видела его с Мэри. Они танцевали, а потом вместе, держась за руки, поднимались в бар.
— Да? А кто это — Мэри? — удивляюсь я.
— Одна местная тусовщица, я давно за ней наблюдаю, шикарная девица. Да ты ее наверняка тоже видела, такая высокая, черные волосы, кожаный корсет, пышная юбка до пола.
