— Ну, что? — я поднялся в воздух, перелетая отделявшие нас от паровоза пути, но на середине развернулся к остальным, все еще стоявшим на перроне. Улыбнулся. — Сверхскорый, модель "А" бортномер "четыре" прибыл на запасный путь! Просьба пройти на посадку!
Спустя всего пять минут посадка была окончена, тех, кто попытался сунуться за нами, выставила охрана и поезд, уже набрав ход, на всех парах летел к Лос-Пегасусу, разливая по окрестным холмам клубы густого, едкого, черного дыма — на этих поездах уголь не экономили.
— Уи-и-и-и-и!!! — вопила Радуга, высунувшись в приоткрытое окно. — Вот это я понимаю скорость! Для поезда, конечно.
— Агась!
— Точно!
— Здорово!
Меткоискатели прилипли к стеклу. Причем, как это у них водилось, втроем к одному, хотя окон было предостаточно.
— А как быть с остальными поездами? — отклеившись от окна, повернулась ко мне Свити. — В смысле, есть же еще кто-то? Не мы ведь одни едем в Лос-Пегасус?
Я кивнул:
— Обычно все так. Но это если мы едем на обычном поезде. А сейчас у нас "зеленый коридор".
— А это как? — тут уже повернулись и остальные.
— Это значит, что движение поездов полностью остановлено до самого Лос-Пегасуса. Пути перед нами полностью очищены от поездов. Они все будут ждать, пока мимо них пролетим мы.
— Кру-уто! — вновь вырвалось у Скуталу.
— Агась!
— Отлично! Но что если эта… как ее… фибула, да?
— Да?
— Что если она подействует? Что если кто-то ну… решит проскочить, или там… семафора не увидит?
И снова все внимание сосредоточилось на мне. Но ответить первым я не успел.
— Тогда мы все… в крупе! — в последний момент поправилась Скуталу.
— Не совсем так, — обратился я уже к ней. — Мы-то нет. Вот те, кто с нами столкнется, вот они — да. Они, как ты выразилась, "в крупе".
— В смысле?
— Этот поезд бронирован. Вы ведь видели дополнительную третью тележку под каждым вагоном? И весит он соответственно. Паровозик, из тех, что таскают обычные поезда, он снесет, даже не заметив. Но даже если он сойдет с рельс, нам все равно ничего особо страшного не грозит — вагоны высшей степени безопасности. Этот поезд — верх всего, что только можно придумать!
— Верх всего, говоришь? — обратился ко мне Из.
— Да.
— А куда те два единорога в гвардейской форме унесли мою сумку с фибулой, раз уж речь о ней пошла?
— Она сейчас в сейфе охраняемого вагона для особых ценностей. Кстати, там еще и магическая защита должна быть, так что, думаю, воздействие фибулы сейчас исключено.
— Тэ-э-экс… Самый лучший поезд говоришь? — Деринг нерешительно оглянулась.
— Да?
— А где в этом самом лучшем поезде можно перекусить?
— И есть ли тут маффины? — тут же встрепенулась Дитзи. — Их не может не быть! Он для меня весь как маффин! Я их, кажется, даже чую!
— Ага, — кивнула Дэш. — Я бы тоже не отказалась чего-нибудь похавать!
— Агась! — ЭйДжей облизнулась. — А-т я че-т кроме яблок да той сухой гадости ниче не взяла. А пожрать и в самом деле не мешает.
— Ну, тогда у меня только один вопрос, — я сделал приглашающий жест. — Бар или ресторан?
— Ха! Ну, это просто! — ухмыльнулась РД. — Сначала опустошаем ресторан, а потом поглядим, надолго ли хватит местного бара! Все за мной!!!
И мы кинулись на разграбление!
Полуденное солнце, пробиваясь сквозь стеклянную крышу дебаркадера, ровными квадратиками ложилось на черную броню пышущего жаром злобного механического зверя, сдерживаемого машинистами.
Этот разгоряченный и взмыленный монстр только что влетел под своды невероятного вокзала, над которым переливалась золотом огромная надпись "Лос-Пегасус", тихо, почти бесшумно, проскользил большую его часть и, подобно сторожевому псу, влезающему в знакомую конуру, встал на запасный путь.
Бронированное чрево одного из вагонов распахнулось, выпуская из себя разномастный и, судя по выражениям лиц, не совсем трезвый десант.
Чуть впереди всех стоял не очень крупный, но ладный темно-серый жеребец-пегас с иссера-черной гривой в черной же парадной форме с серебряными галунами и аксельбантами. Нашивки на его плече свидетельствовали о звании капитана. Нагрудный же знак уточнял: не абы какого капитана, а капитана "Темной Гвардии" — личной стражи принцессы Луны. О том же говорила и кокарда на форменной, парадной фуражке. Метка тоже соответствовала своему владельцу — повернутый острием вниз меч на геральдическом щите.
Рядом, опершись на него и настороженно поглядывая по сторонам с видом совсем не городского жителя, стояла совсем обычная крупная, рыжая, зеленоглазая кобылка со светлой, выжженной солнцем и заплетенной в толстую косу гривой. На голове ее красовалась широкая коричневая шляпа, сама же она была облачена в коричневую же с зеленым воротом походную курточку с застежкой в виде небольшого красного яблока.
Справа от них расположилась еще одна парочка:
