Мы открыли проход в Тартар и смогли его зафиксировать. Ламия, давно уже порывавшаяся туда, пошла первой. Мы ждем ее победного возвращения.
День сорок пятый
Ламия давно уже должна была вернуться. Что-то идет не так, и мне это не нравится. Еще вчера за ней отправился Тауматург, но от него тоже нет ответа.
День сорок седьмой
Ни Ламии ни Тауматурга. Я остался наедине со своими мыслями. Похоже, Тартар охраняется куда лучше, чем мы думали.
День сорок восьмой
Если честно, то я не знаю, что мне делать. Все мыслимые сроки уже вышли. Здесь, в пещере, делать тоже нечего. Возможно, мне стоит отправиться за ними, но я пока трушу. Просто лежу сейчас на своей койке и думаю о том, что могло с ними случиться. Пытаюсь вспомнить все, что мне известно о Тартаре. Пытаюсь подготовиться.
День шестидесятый
Все. Я должен пойти туда. Я понимаю, что это уже ничего не изменит, понимаю, что, похоже, мы проиграли не только битву, но и всю войну, но мой разум ученого противится уйти просто так. Пусть я погибну, но я должен там побывать! Решено! Завтра я иду!
День… Не знаю, какой сейчас…
Я… Я все… Я вернулся. Убираюсь с этого острова, как только могу или… Или я свихнусь. Если еще не… Я видел их там. Видел Тауматурга. Видел Ламию. Они звали меня к себе… Звали за ворота. Я не пошел. Я трус, быть может, это меня и спасло. Эти ворота… Вот, что, наверное, злейший страж Тартара. Даже не та псина… Цербер, что сидит там от начала времен. Нет. Ворота. Думаю, что шагнувший за них уже не вернется никогда. Мне повезло. Я не сделал тот шаг. Я побежал. Я… Я не знаю, что еще вам сказать…
День… Да кому какое дело, какой день?
Прошло дней десять или даже больше с последней записи… Я, наконец, достроил лодку. Завтра я ухожу. Погибну я или доберусь до берега, мне уже нет никакой разницы. Если так ничего и не случилось, значит, дело, служению которому я посвятил долгие годы, провалилось. У меня нет сейчас причин жить на этом свете, а значит, нет и страхов… Нет! Вру! Один есть! Страх остаться на этом острове. Рядом с этой дырой в Тартар. Моих знаний хватило, чтоб ее прикрыть, но из меня плохой маг и что-то, похоже, так и осталось. Могу лишь сказать, что сейчас те, кто находится ТАМ, вырваться не смогут, но наверняка туда все еще можно попасть отсюда… Почему я это сделал? Потому, что мне… нам нужно было отстроить новый мир, а не просто уничтожить этот, а так и будет, если ОНИ вырвутся без контроля. Пусть уж наше дело ждет до лучших времен. Возможно, кто-то все-таки еще остался и я, если доберусь, смогу с ними связаться. Не сразу, конечно, но мы попробуем тогда все восстановить. Но до этого пройдет время. Десять, двадцать, сто лет. Может, даже и больше. Во всяком случае, мне не следует попадаться никому на глаза ближайшие лет десять. Дневник я оставлю здесь — в нашей пещере. Если вы читаете его (А как может быть иначе?), значит, наше дело еще живо. Я надеюсь, что вы будете удачливее нас. Желаю вам этого.
На сем я заканчиваю дневник.
Даски Скрайб.
Свити закончила читать вслух. В пещере воцарилась тишина.
— Обалдеть, — прошептала Скут. — Значит, те ворота…
— Какие ворота? — как-то испуганно перебила ее Свити.
— Да так… Вырубилась я, когда с обрыва навернулась. А пока валялась — сон был какой-то странный. Будто я за тобой куда-то пошла в сплошной темноте. А когда нашла — ты возле каких-то громадных ворот стояла. Войти хотела. Еще и меня с собой звала…
— Погоди-ка, — перебила Бель. — Там еще на воротах вся история Эквестрии была выкована, нет?
— Точно! А ты откуда знаешь? — удивилась Скуталу.
— Я… Я видела этот сон, только… со своей стороны.
Скуталу присвистнула:
— Вот, значит, как… А че ты тогда так задергалась и сознание потеряла тогда?
— Потеряешь тут, когда тебе в круп… вгоняют…
— Блум, ты че с ней делала? — подозрительно глянула на ту Скуталу. — Че ты ей куда "вгоняла"?
— Я? — ошарашенно переспросила Эпл Блум. — Да ниче я не делала! Укол только. В круп, конечно.
— Прямо туда? И чем ты его делала?
— Ну… Ну не прямо туда же! Шприцем, чем еще!
— Ну… Мало ли чем можно…
— В смысле? — в конец обалдела Блум.
— Неважно. А чего было потом, а Свит?
— Потом был Бат… Э-э-э… Ерунда всякая была. Этот сон почти сразу закончился.
— Значит, ты не видела, как я тебя к яме перла?
— Не-а! А странно, что мы обе видели один и тот же сон, да? Интересно, что это было такое… — Свити прервалась на полуслове. Задумалась.
Эпл Блум хмыкнула:
— Знаете… Как говорит моя сестренка: Если у двух пони одинаковые глюки… Значит, эт, наверное, очень хорошие глюки!
— Аг-га, — заторможено кивнула Свити, — Или это был не сон, и мы обе были там. В Тартаре, — она встретилась глазами со Скуталу. — Тогда ты мне жизнь спасла!
— Ой, да ладно те! — та махнула копытцем. — Просто приснился сон. Один на двоих. Бывает… Наверное…
Факел, словно дожидавшийся, когда речь пойдет о сне, начал сильно чадить, колебаться, мерцать.
Эпл Блум слезла со стола и посмотрела на часы, все еще остававшиеся при ней:
— Ого! От эт мы засиделись! Предлагаю: доесть фрукт, там их все равно еще полно, и… *Уа-ауф!* …и спать! Денек завтра будет не хуже сегодняшнего.
