— Прекрасно, — кивнула Трикси. — Нет, нет, не передавай его мне. Разбей его. Просто шмякни об землю.
С хрустом лопнула скорлупа, растеклось пятном по земле, на глазах у шокированных куриц, содержимое. Прямо внутри желтка плавала подписанная монета.
Свити сдержанно улыбнулась, наблюдая реакцию окружающих.
Филти слегка дотронулся до нее ногой:
— Пошли?
— Пошли.
Возле птичьих вольеров они провели больше часа. Сам Филти относился к птицам довольно прохладно, как к чему-то неизбывному, что просто должно быть и все. Он даже не разбирался в них, считая это ненужной тратой времени и собственной памяти. Сову от дятла как-нибудь отличит, да и ладно. А вот она… Ей, похоже, их пение доставляло огромное удовольствие. Мисеркнакер вздохнул. А ведь она и сама, наверно, здорово поет. Она просто не может не петь, с таким-то голосом! Этот голос… Уже не раз за последние несколько часов Филти ловил себя на мысли, что ему легко общаться с ней. Обычно разговор со сверстниками был для него неимоверно скучен, как и они сами, здесь же… Вроде бы все это была пустая, ничего не значащая болтовня, но она лилась так легко и свободно, как это у него никогда не бывало. Ему просто хотелось слушать ее голос. Но даже если не брать в расчет это желание, ему все равно было интересно с ней говорить!
Вот и сейчас они шли по крытой галерее, свод которой составляли переплетшиеся лозы винограда и какого-то длинного цветка, приближаясь к небольшому фонтану, и болтали.
— Ух-ты! Какая красота! — Свити засмотрелась на фонтан, представлявший из себя фигуры двух целующихся единорогов: светлого и темного. Ее и его. Бившие из бортов чаши струи создавали над ними купол.
— Хорош, да? — Филти присел на край чаши. — Он называется "Влюбленные". Ходят сказки, будто на парочки его вода действует как приворотное зелье.
Свити поморщилась.
— Ты чего?
— Да так. Мы с подругами как-то пытались сделать такое зелье.
— И как?
— Ужас. Потом еле исправили результат.
— А что случилось?
— Зелье оказалось слишком крепким. Вот тебе бы хотелось, к примеру, жить в одном доме со своей учительницей?
— Ну… У меня в основном приходящие учителя, но я тебя понимаю. Это, должно быть… не слишком приятно.
— Не то слово. В общем, неприятная вышла история.
— Ясно. Посидеть не желаешь? Я знаю тут одно чудное место в лабиринте…
— Честно говоря, да, — Свити на секунду прикрыла глаза. — Что-то я подустала уже от всех этих хождений…
— Ну, тогда передохнем там и в дом.
— Ага.
Место, о котором говорил Филти, оказалось крошечной скамейкой в одном из закутков лабиринта. Крошечной настолько, что когда они вдвоем уселись на нее, получилось так, что Свити прижалась к нему почти всем телом. От этого ощущения, внутри у Филти все горело, но он из последних сил старался не подавать вида, лишь закинул, садясь, ногу на спинку скамьи так, чтобы та была позади Свити.
Они просто сидели рядом. Говорить пока не хотелось. Лишь пару минут спустя Филти заметил, что головка Свити свесилась на грудь — она задремала. Осмелев, он приобнял ее ногой, от чего Свити сквозь сон прильнула к нему. Филти, и без того чувствовавшему себя неудобно и до того боявшемуся это выдать в ее присутствии, поплохело совсем. Он обнимал ее. Он вдыхал аромат ее гривы, уткнувшись в нее носом. Он чувствовал ее всем телом. Он понял, что больше не может сдерживаться. Ему придется сделать это. Сделать прямо сейчас, прижимая ее к себе. Оставалось только надеяться, что она ничего не услышит и не проснется не вовремя.
Слава Селестии, он успел все закончить до того, как она проснулась! Филти боялся даже представить себе, что было бы, проснись она на минуту раньше и увидь его… в таком виде. Благодаренье богиням, что этого не случилось.
Он взглянул на небо. Да… Ну и загулялись же они! Никогда раньше он не терял так счет времени, как сейчас, с ней. Казалось, что он только недавно еще обходил пустые столы, дожидающиеся гостей, а сейчас небо уже вечерело. Налетел колючий ветерок. Свити Бель поежилась.
— Слушай. А пошли я покажу тебе дом, как и обещал? — напомнил ей Филти, стремясь как можно скорей увести ее подальше от места своего позора.
— Давай, — кивнула Свити. — А то тут как-то прохладно становится.
И младший Мисеркнакер повел ее осматривать дом.
