— Ясно, — кивнул Солнышко, будто и не ждал другого ответа. — Ну что ж. Чудовища, живущие рядом с людьми, нарушили людской закон, причинив человеку непоправимый вред, а после, скрывая свое преступление, напали на церберов Ордена. Приговор очевиден: месту сему пусту быть.
У меня сердце упало.
Я не смогу. Не смогу, и всё тут!
Я встала с лавки, на которой послушно сидела, приходя в себя под действием эликсиров, открыла рот, сама еще не зная, что скажу, но Камень, не то что меня не слушая — не дав мне даже заговорить, жестко продолжил:
— Хутор этот будет предан огню со всеми обитателями. Завтра.
Я замерла, как стояла.
И, не глядя больше ни на кого, Илиан подпихнул меня в спину, заставив обогнуть так и стоящего на коленях старика — и вывел из хижины, на свет, на свежий воздух.
А щиты, что занятно, все это время держали оба — и он, и я.
Кони ждали нас там, где мы их оставили — поодаль от хутора, возле омута, в котором (как выяснилось) любили плескаться морские девы.
Ехали молча.
Коряжка всё порывался куснуть меня за колено: пока мы с Камнем толклись в хижине, одежда успела схватиться рыбным духом, и теперь вкусно (на его, Коряжкин, вкус) пахла, вводя бедную лошадку в искушение.
Окорачивала я его привычно, плавая в своих мыслях — те трепыхались вяло, вязко дергая жабрами.
— Они никого не убили.
Я согласна кивнула: голос Илиана думать мешал не больше, чем привычная вредность Коряжки.
— Я на них метки поставил.
— Угу, — поддакнула я.
И невпопад брякнула:
— Я бы на её месте Торна била насмерть... Но тогда питаться бы уже не стала: кормление след оставляет характерный, по нему орден меня быстро вычислил бы. А утопить — утопить-то много кто может.
И меньше всего ожидала услышать растерянное:
— Ты эту Луню видела вообще? Сравнила, себя, цербера тренированного — и эту тщедушную.
Верно.
— Спасибо, — выдохнула я.
Пусть и снова невпопад, но он, верно, понял за что.
Уточнять, по крайней мере, не стал.
В Нордвиг заезжать не стали, спрямили путь к Бирну вдоль городских стен. Я всё гадала: а правильно ли мы поступили? Ведь отпустив чудовищ безнаказанными, мы, возможно, сами толкнули их к иным преступлениям, заронив мысль, что они и впредь будут сходить им с рук?
Впрочем, поиск держать не забывала: он в последнее время получался у меня все лучше и лучше, входя в привычку и не требуя особых усилий. Вот и нынче — стоило мне сесть в седло, как он развернулся будто бы сам собой, и ни выкрутасы рыжего, ни раздумья ему не мешали.
И пока я маялась, так и не сумев твердо убедить себя, что мы решили истинно правильно, но и понимая, о себе, что иначе перерешить не сумела бы, Солнышко распотрошил снедь, собранную для нас (хотя если уж начистоту — то для него) матушкой Элен.
Протянул мне пирожок — и я благодарно вгрызлась в сдобу, чуя, как пышное тесто и творожная с изюмом начинка утешают мои тревоги.
Да и то верно: менять я бы всё равно ничего не стала, даже если бы и предложил кто — так и чего себя поедом есть? Даст Ведающий Тропы — обойдется всё.
А если и не обойдется… Тогда за свою вину и отвечу.
— Танис, скажи: там, возле омута — в чём была наша ошибка? — спросил вдруг Илиан, когда стены Бирна уже открылись взору.
— Я не сумела определить, что чудовищ больше одного?.. — попыталась угада
— Нет.
— Ты не заметил ее приближения и пропустил удар?
— Нет.
— ...Тогда я не знаю, в чём мы ошиблись.
— Ни в чём. Мы всё делали правильно. Пожалуйста, не забывай об этом. Даже если ты всё делаешь по правилам - это не дает тебе гарантий безопасности. Противник всегда способен преподнести сюрприз.
— Жалко их, — призналась я, неожиданно даже и для самой себя. — Их приучили жить, как люди. А они не люди.
Напарник не поднял меня на смех. Наоборот, его внимательный взгляд будто попытался высверлить во мне дыру и посмотреть, что у меня в голове.
— Думаешь, не справятся? — усмехнулся он криво, углом рта.
— Может, и справятся, — честно призналась я, что думаю. — Если поймут и признают, что они — не люди.
Замок Бирн встретил нас так же, как и в первый раз — разве что стражники на воротах за это время сменились, да в главном зале добавилось зажженных магических светильников: пока мы разбирались, что там произошло с почтенным (малопочтенным) Торном Зербусом, успел подкрасться вечер.
Илиан, подозвав вышколенного слугу приказал, чтобы ужин нам подали в комнаты, и я вздохнула было с облегчением: видеться с его прекрасным семейством у меня не было никакого желания. Но оказалось, рано я обрадовалась: на вершине лестницы нас ждали.
Хелайос был настолько похож на Илиана, что я и в темноте не усомнилась бы, что они братья.
И отличался от него настолько, что я не перепутала бы их и в темноте.
Хоть и не смогла бы сказать, в чем же эти различия: оба брата были золотоволосы, стройны, широки в плечах — Илиан разве что самую малость выше. Но не настолько, чтобы это стало разительным отличием. Обоих отличала выправка и славная мужская стать: Хелайос, хоть и не жил с меча, владением оружием явно не пренебрегал.
