В 1899 году порт Дальний был небольшим провинциальным городом и неофициально делился на три части. В первой из них жили местные жители, не пожелавшие покинуть родную деревню после её покупки Российской империей. Во второй — европейцы, большинство из которых были англичанами. В третьей, в настоящее время самой большой и активно застраиваемой, жили русские переселенцы, в основном, рабочие, ремесленники и купцы. Там же располагалась и городская управа, которую возглавлял губернатор, присланный из Петербурга.
В соседнем с Дальним форте, носящем название Порт-Артур, располагался русский гарнизон и находилась стоянка для военных судов, охранявших оба города. Но штаб-квартира отряда «Феникс», в котором мне предстояло служить, была вовсе не там, а занимала большое здание, построенное прямо на стыке трёх частей города: русской, китайской и европейской. Именно туда-то я и направила свои стопы после того как дирижабль приземлился на специальной площадке в одном из пригородов Дальнего.
Не успела я сойти с трапа на землю, как ко мне подскочил рикша и на ломанном русском предложил отвезти меня и мой багаж в гостиницу. Я отрицательно покачала головой: мол, извини, но нет, приятель. Сделала я это по двум причинам: во-первых, мне захотелось прогуляться по улицам пешком, дабы получше осмотреться на новом месте. А, во-вторых, территория, где находилась штаб-квартира отряда «Феникс», считалась запретной. Не знаю, что уж там за секреты охраняло высшее командование, однако местным жителям строго запрещалось туда приходить без важных на то причин. Конечно, я могла, воспользовавшись услугами рикши, выйти за пару кварталов до штаб-квартиры. Но раз уж здесь оказалась, то почему бы мне и в самом деле немного не пройтись и не размять ноги после двух перелётов подряд?
Отказавшись от повозки, я покрепче перехватила ручку дорожного чемодана. Оставив за спиной лётное поле и дирижабль, на котором сюда прилетела, а вместе с ними — и своё прошлое, я шагнула навстречу новой жизни… Интересно, какие ещё неожиданные сюрпризы, радости и печали она мне готовит? Уже совсем скоро я узнаю об этом, а пока…
— А пока будем наслаждаться прогулкой! — ни к кому не обращаясь, проговорила я, жмурясь под лучами яркого солнца, заливавшего землю и золотившего крыши видневшихся в отдалении домов.
Откуда-то со стороны дул освежающий ветерок, пропитанный ароматами моря и свежескошенной травы. И мне вдруг показалось, что я снова перенеслась в годы своего детства. В то время, когда в своём «родном» мире ездила на каникулах к бабушке, жившей в одной из южных станиц. Воздух там тоже пах морем и травой, а солнце светило почти так же ярко как и здесь, на самом восточном рубеже Российской империи. Каждое утро, когда я просыпалась и бежала завтракать, на столе меня ждали крынка парного молока, горбушка домашнего хлеба, золотистая яичница с помидорами и горка сдобных оладий или творожников со сметаной, лежавших на расписном глиняном блюде. Корова, куры, сад и огород у бабушки были свои, а потому всё, что она готовила, отличалось особым, неповторимым вкусом, совершенно не сравнимым со вкусом тех продуктов, которые мама покупала в городе в магазине.
Потом, когда я уже училась в десятом классе, бабушки не стало. Дом в станице, куда я так любила приезжать летом, родственники продали и поделили деньги между собой. Нашей семье тогда достались какие-то крохи от бабушкиного наследства. И это было для меня особенно обидно. Нет, не то, что мамина сестра с её мужем нас с мамой и отцом банально «кинули», а то, что бабушкиного дома, где я так любила гостить, больше не существовало. Новый хозяин снёс его и построил загородный особняк. Но ещё задолго перед этим наши родственники пустили под нож всех кур и продали бабушкину корову Зорьку. Мы жили слишком далеко от них, чтобы вовремя приехать и помешать этому самоуправству. Да, судя по всему, мама и не собиралась из-за подобных «пустяков» портить отношения со своей сестрой. А я… Я была не в том возрасте, чтобы вмешиваться в дела взрослых и указывать им, как поступать. Так вот и закончилась главная сказка моего детства и это было для меня, тогда уже почти взрослой девушки, почти такой же трагедией, как и утрата в семилетнем возрасте веры в Деда Мороза…
Признаться, я давно уже не вспоминала о бабушке и о её доме. Но теперь, когда я оказалась в другом мире, в прошлом, лишь отчасти похожем на ту историю, которой увлекалась с детства и которую выбрала делом всей своей жизни, воспоминания детства неожиданно нахлынули на меня. Почему это случилось именно сейчас? Если честно, не знаю. Ведь, если так подумать, этот город совсем не был похож на ту приморскую станицу, где когда-то жила моя бабушка. И только запах моря и свежескошенной травы немного напоминали мне о теперь уже далёких днях моего детства…