… «Фениксо» вышел в космос в облаке оставшихся от шлюза обломков и в потоке хлынувшего наружу воздуха. Аварийные переборки тут же сомкнулись, отрезая поврежденный док от остального пространства базы. Ке-орн ощущал сильнейшее нервное возбуждение, которое грозило перейти в неконтролируемый азарт. Корабль послушно подчинялся каждой команде голосом, каждому нажатию клавиши. Мио, который уже путешествовал в космосе, но поучаствовать в боях не успел, намертво вцепился в кресло помощника.
– Я не могу понять, где верх, где низ, капитан. Все слишком сильно крутится.
– Пока не смотри в иллюминатор. Позже привыкнешь.
– Кажется, тебя вызывает гирканский корабль.
– После смерти Эгелин мне не о чем с ними говорить.
Лицо гирканца все же появилось на экране, хриплый голос бормотал отрывистые слова.
– Что он хочет передать, капитан?
– Если я правильно понял их грубый язык – этот лейтенант в изумлении от нашего появления. Он упоминает отношения сирмийцев и терран в довольно оскорбительном смысле, и обещает, что за феснийскую операцию я сдохну под пытками в их тюрьме. В общем, ничего интересного... Ты зря включил двустороннюю связь. Корабль придется сбить, капитан видел наши лица. Кроме того, я ненавижу гирканцев.
Следующий торпедный залп угодил в корпус чужого корабля. Корабль превосходил обычные гирканские фрегаты, но сравниться с мощью «Фениксо» не мог. Уже поврежденный в битве корпус противника развалился на куски, запасы воздуха полыхнули, сгорая, обломки посыпались в вакуум.
– Ну как, теперь тебе полегчало, капитан? – робко спросил Мио.
– Нет. Для гирканца смерть в бою – это нормально, а Эгелин хотела жить.
– Врагов слишком много, нам пора прыгать в варп.
– Нет, их как раз в меру и время уходить не пришло.
… «Фениксо» снова развернулся для атаки. Часть гирканских птиц, обнаружив нового противника, сменила курс и сломала строй. Корпус «Атланта», который виднелся за иллюминатором, тоже начал вращаться, но в трехмерной путанице боя Мио не сразу понял, что происходит.
– Энергию на носовые бластеры, – приказал Ке-орн.
Ответный огонь, попадая в щиты «Фениксо», окрашивал темноту цветными вспышками, такими яркими, что у Мио заныли глаза. «Я думал, что слаб, но Великий Космос все изменил. Я вижу то, что и не надеялся увидеть – настоящую битву».
Ксанте перестал обращать внимание на Мио, он, не отрываясь от пульта, разворачивал корабль так, чтобы принимать удары на наименее ослабленные щиты. Бластеры имели ограниченный угол стрельбы, и юркие «птицы» пытались увернуться от огня. Ке-орн криво усмехнулся. Ненависть, вызванная старыми болезненными воспоминаниями, не исчезла, но словно бы превратилась из расплавленного металла в закаленный клинок. Риск не пугал, и даже не увлекал сверх меры, он лишь обострял интуицию. Гирканские корабли, перестроившись, в спешке совершили фатальную для себя ошибку – они очутились внутри треугольника, образованного «Атлантом», «Фениксо» и батареями базы. Красные вспышки излучателей и зеленые – бластеров снова озарили космос. Мио чуть отодвинулся от иллюминатора, наблюдая, как в ледяной пустоте, хаотично вращаясь, плывут истерзанные обломки.
***
Последние фотонные торпеды полыхнули малиновым огнем. Март оторвался от пульта и проследил, как они нашли цель. Удара хватило, чтобы вывести гирканца из строя, но не хватило, чтобы его уничтожить – корабль, потеряв управление и роняя куски обшивки, ушел из пределов видимости.
Облако космического мусора частично окутало базу, сквозь скопище бесформенный обломков двигалось нечто огромное и невероятное – сирмийский корабль, похожий на огромного орла. Огонь по «Атланту» ослабел, уровень щитов сошел с красной метки в сторону желтой, и Март перевел дыхание.
– Вызываю Рао, – передал он по связи. – Доложи ситуацию.
На экране появилось хмурое, перечеркнутое глубокой царапиной лицо сержанта, одетого в уже побитую броню.
– На пушечных палубах серьезные разрушения, немедленный ремонт невозможен. Доступная сейчас мощность – пятьдесят процентов. Была попытка вторжения, но мы заперли гирков в отсеках и спустили оттуда воздух. Дураки из гордости явились без скафандров, так что проблем с ними нет. Есть другая проблема – оба кошкоглаза, кажется, сбежали на том самом корабле.
--Как?
-- Расстреляли шлюз дока. Прикажете перевести огонь на сирмийцев?
– Не надо. Пока Ке-орн атакует гирканские корабли, это нам на руку.
– Перебив гирканцев, он или нападет на нас или сбежит через варп. Я предлагаю стрелять.
– Отставить. Без моего личного приказа ничего не делать. Пускай продолжают.
Март вцепился в подлокотники кресла. «Какие бы мотивы ни толкали Ке-орна в бой – для нас это шанс».
Гирканские корабли, загнанные в пространство между базой, «Атлантом» и сирмийским фрегатом, очутились под перекрестным огнем. Наблюдая их гибель, шеф Кси не ощущал ненависти, ни жалости – только первые признаки тяжелой усталости. Боевой азарт пошел на спад, действие анестетика почти закончилось, осколок металла в голени жег как огонь.
