И с этими словами, маленькая тифлингесса, тут же схватила мою руку и стала её нежно целовать, а Балара сидящая напротив, от таких её действий покраснела, словно вареный рак. Да уж, я забрал свою обслюнавленную руку назад, ее знаю, какие фокусы она там показывала, в своем цирке, но то, что она там крутила мужиками, как хотела, так это точно.
Несколько оставшихся дней прошли, в общем-то, спокойно и вот, спустя две недели с начала вояжа, я вновь оказался под сенью собственного замка. В котом всё оказалось по старому. Франк – неспешно рубил дрова в своем уголочке, а Иримира – что-то стряпала на кухне. Правда, небольшой сюрприз, все же случился, вечером, когда я пришел спать в свою комнату, то обнаружил в свой постели, сразу обоих своих, полностью обнаженных, рабынь. Которые, натянув одеяло до самых своих носов, смотрели друг на друга, словно мыши на крупу и с вожделением на меня.
Так вот почему Балара, сразу же не взлюбила, ещё одну девушку, в моем окружении. Оказывается, что рыцарша – без страха и упрека, просто не любит делиться.
Ударить в грязь лицом, я не мог, лорд я или не лорд. И поэтому, торопливо раздевшись, я быстро улегся между двух девушек, которые тут же прильнули ко мне. И не смотря, на небольшую стеснительность и отсутствия опыта у нас, в таких экспериментах, всё получилось вполне себе не плохо.
А затем, ещё три дня, я наслаждался покоем и податливыми, девичьими телами в своем замке, которые казалось, устроили соревнование, кто же из них понравиться мне больше, а потом, грянула беда.
– Альбус Джедокус, именем императора, вы арестованы!
Я стоял во дворе своего замка и думал, что ослышался, а ко мне уже приближались, три моих старых знакомых инквизитора и десяток солдат из городской стражи.
– В чем меня обвиняют Рарватас Коморсий? – я обратился к главному, из этой троице инквизитору, отдавая свой ангилот Баларе и делая ей знак не дергаться.
– В убийстве маркиза Локаранга, милорд, знаете такого.
Злобного маркиза, я конечно же знал и даже был немного рад тому, что он склеил ласты, но вот только при чем тут был я? Тюремная карета, с решетками за место окон, быстро доставила меня в местный зал суда в котором и начался форменный фарс. Так как единственным свидетелем моего обвинения был достопамятный, недоделанный главарь местной мафии Кривой Хенк. Который, то ли в угоду кому-то, очень важному, а то ли ради того, чтобы избавиться от удавки в виде меня, топил меня по полной.
– Уважаемые судьи – одноглазым соловьем, вещал с трибуны этот бандит.
– Именно этот человек, заплатил мне большие деньги, за убийство доброго маркиза Локаранга, про которого я, до того дня даже и не слышал.
– А когда я, как честный и богобоязненный человек, отказался это сделать, он тут же безжалостно поджег мою таверну, между прочим, единственное моё наследство от любимой бабушки, и грозился меня в ней полностью сжечь, живьем.
И эта сволочь, из своего, единственного, целого глаза, тут же пустила слезу.
Нет, ну каков артист.
– Всё понятно – местный судья, громко хлопнул своей ладонью по столу.
– Альбус Джедокус признается виновным в убийстве маркиза Локаранга.
– О мере его наказания будет сообщено позже – ещё один хлопок по столу, видимо до деревянных молоточков они здесь ещё не додумались, и стража быстро повела меня в местную тюрьму.
– Капец какой-то – под мерный топот солдатских сапог, думал я.
Это что здесь за судилище такое было? Мне даже не дали возможности оправдаться.
А хотя впрочем, перед кем? В зале находились только судья, кривой Хенк, да стража, в размере десятка голов, вооруженных длинными алебардами и с какими-то большими амулетами на груди, видимо призванными блокировать направленные на них заклинания. Ибо, слишком уж они самоуверенно конвоировали меня, совершенно не боясь того, что я все таки маг и вполне могу их испепелить.
А может быть кто-то, этого только и ждет?
Чтобы я напал на стражу, и меня можно было убить, так сказать, при попытке к бегству.
Приговор же мне не был оглашен, а тут раз, и все проблемы решены. Преступник сам себя изобличил, так как не виновные, из-под стражи, не бегут. Да и транспортировали меня в тюрьму, почему-то не в закрытой карете, как всякого приличного осужденного, а пешком, просто окружив меня плотной коробочкой и, как бы, говоря мне при этом.
– Ну и чего ты ждешь, господин маг, жахни в стражников молнией, да и беги себе вон в этот переулок или даже вон в тот.
И вот, как раз, из-за такой явной подставы, я дергаться и не стал. Тем более, что местных инквизиторов, на этом судебном фарсе не было, а это значило, что они могли сейчас скрываться за любым углом. Чтобы, так сказать, вовремя и предотвратить побег злобного заключенного, а под шумок, его тут же и грохнуть.
