Её задумка сработала, но не так эффективно, как предполагалось изначально — Йцукен получал урон, но слишком мало, особенно учитывая то, сколько он его наносил за единицу времени. Нужно было как-то ослабить монстра, а ещё лучше замедлить или вовсе обездвижить.
Судорожно уворачиваясь от сменившего свой приоритет Йцукена, Фиона перебирала в уме варианты баффов, которые можно было извратить с пользой для себя. Такие наверняка имелись у Фалайза, но пока он их найдёт, монстр сам умрёт от старости. И тут до неё наконец дошло.
— Эй, бесполезный металлолом, Вещество ещё у тебя⁈ — спросила она у Тукана.
— Должно быть где-то в кармашке, — отозвался тот.
— В каком? — подскочив к телу крестоносца, нервно уточнила жрица.
— Не знаю, — в отчаянии воскликнул Тукан. — На поясе, наверное…
Перечисляя виды птиц быстрее, чем справился бы любой из профессиональных орнитологов, Фиона принялась с остервенением потрошить его вещи. Искомые склянки нашлись, но и Йцукен был уже рядом, что, с учётом его скорости и урона, было верным предвестником смерти. Впрочем, жрица придумала, как обратить это себе на пользу.
— Продолжай его лечить! — крикнула она и, сжав склянки в кулаке, замахнулась им, будто намеревалась ударить монстра по морде.
Тот отреагировал именно так, как Фиона и рассчитывала: схватил её руку пастью и, откусив, проглотил.
— Приятного аппетита, — шепнула ему жрица перед смертью.
Дальнейшие десять минут прошли довольно уныло: вещество подействовало далеко не сразу, да и полную силу набирало постепенно. Из-за этого Фалайзу пришлось здорово побегать, но успех того стоил. Йцукен в конце концов едва волоча ноги повалился на землю, уныло поскуливая от боли. Добить своего чемпиона Никт не позволила:
— Забирай свой мост, воришка, и убирайся, — раздался раздосадованный голос богини, когда бой завершился. — А тебя, мой слуга, ждёт наказание!
В следующее мгновение Йцукен с криком страха и боли провалился сквозь землю.
— Намекни ей, что мосты не должны больше пропадать, — напомнила Фиона. — Только ди…
— И мосты больше не должны пропадать! — не дослушав, крикнул небу дикий маг, потрясая кулаком. — Или у вас будут неприятности!
— Дипломатично, — осевшим голосом закончила жрица.
В землю рядом с Фалайзом ударила молния, оставив тому считанные единицы здоровья.
— Ты выдержал моё испытание, поэтому останешься жив за свою дерзость, — фыркнула Никт. — А свои мосты оставьте себе, смертные. Разбирайтесь с этим сами, мне надоело.
— Как удобно, — пользуясь тем, что его богиня не слышит, фыркнул Тукан и, явно издеваясь, добавил: — «я не проиграла, просто мне надоело сражаться». «Я не тону, просто мне хочется посмотреть на дно». «Я не горю, просто хочется немного развеяться».
— «Я не радуюсь случайной победе и испорченным отношениям с богиней всяких подлянок, просто у меня нет мозгов», — едко поддакнула Фиона.
— Ну, может, и нету, что с того? — обиженно переспросил крестоносец. — Вон куча людей живёт с пустой черепушкой, и, по-моему, они очень даже счастливы.
— А ты не такой?
— А у меня ни мозгов, ни счастья.
— Мне вас ждать или собрать ваши вещи и идти в город? — спросил Фалайз.
— Лучше собирай, — ответила после недолгих размышлений жрица. — Подозреваю, после смерти наш наркоман опять расклеится.
— Ну ладно.
Дикий маг неторопливо собрал пожитки Фионы, бросив те из них, которые очевидно стали непригодны к использованию. Затем начал перебирать металлолом, оставшийся после Тукана. Учитывая, сколько по нему топтался Йцукен — здесь осталось совсем мало ценного.
Среди прочего Фалайзу попалась на глаза та самая бусина, украденная у Никт. То, что она треснула в нескольких местах, он заметил лишь в тот момент, когда взял её в руку. Дикий маг хотел её отбросить, но было уже поздно: с лёгким щелчком шарик окончательно раскололся.
— И больше не переходи мне дорогу, смертный. Никогда, — раздался голос Никт, полный язвительного удовлетворения.
В следующую секунду Фалайз оказался убит. В причинах смерти значилось: «Раздавлен мостом во славу великой Никт».
Рид был необычайно мрачен. Хорошее настроение, появившееся в тот момент, когда стало известно, куда же пропали целых семь мостов, как и то, что один из них удалось вернуть, а ещё один просто поставить на холме, улетучилось, стоило лишь Веленбергербегу, возвратившемуся в Союз, словно гром среди ясного дня, закончить свой рассказ.
— Что думаешь делать, Джек? — вежливо спросил фокусник, когда пауза откровенно затянулась.
Вместо ответа неформальный глава СССТ прошёлся взад-вперёд по своему кабинету. Сайлас бывал здесь нечасто, а работал и того реже, из-за чего помещение это было откровенно никаким — безликим кабинетом некого чиновника.
— А что тут можно сделать? — нервно переспросил он полушёпотом и добавил куда менее тихо, — Выступить против Ордена? Нам⁈ Да нас уничтожат! В этот раз они не отступят.
— Ты ведь понимаешь, что я пришёл к тебе с этой информацией не для того, чтобы просто рассказать слухи, — не без упрёка уточнил Веленбергербег.
— Понимаю, но… — Рид перешёл на шёпот, — что, по-твоему, мы можем сделать?
