Призраком промелькнул фонтан с навеки сцепившимися в схватке рыцарем и огром, пронеслись статуи богов, размытые в сплошное пятно лица и фигуры. Тропинка вильнула влево, но я пробежал напрямик, через клумбу, давя сонные бледно-синие цветы с грустно поникшими венчиками.
Вперед, только вперед!
Тьма арки всосала меня и тут же выплюнула с другой стороны. Я влетел в обитель Сагота, на ходу доставая из-за спины арбалет. Проклятый пот заливал глаза, мешая нормально видеть, а главное, целиться. Дверь в покои Сагота…
Я опоздал. Двери попросту не было. Разрубленная на несколько частей, она грудой досок лежала на полу. Я ворвался в комнату — поступок, не спорю, наиглупейший, но в данный момент мне было попросту не до размышлений.
Встретили меня оружием. С десяток обнаженных мечей и парочка копий чуть было не продырявили Гаррета в самых различных местах. Спасло лишь то, что я резко остановился. Ну и громогласный вопль Фора, конечно:
— Никому не двигаться! Он свой!
Все присутствующие застыли как вкопанные, и только тут я смог рассмотреть, что угрожали мне добрые жрецы Сагота. Вид у них был решительный и не очень дружелюбный, но следует полагать, что были на то веские причины в виде пятерки мертвецов, лежавших на полу. Клинки, с которыми покойники пришли в гости, валялись тут же. Одежка мертвяков была отнюдь не жреческой — так одевались лишь те, кто причислял себя к гильдии убийц.
— Фор, ты цел? — спросил я, стараясь рассмотреть своего учителя за стеной жрецов.
— Куда же я денусь? — прогудел учитель, раздвигая добровольных телохранителей в стороны.
Да, действительно, если не считать синяка на лице, почти такого же, как у меня, но более яркого и свежего, да разодранного жреческого балахона, парадного, как я понимаю, Фор был жив и здоров.
— Брат Олиго, убери этих…
— Конечно, мастер Фор, — кивнул бородатый служитель. — Места под яблонями еще много…
Все же очень интересно, какое количество покойников, покусившихся на здоровье славных братьев, зарыто в саду под старыми яблонями? Думаю, достаточное.
Жрецы подняли тела и, сетуя сквозь зубы на тяжесть неудавшихся убийц, поволокли их вон из комнаты.
— Страже сообщать, конечно, не будешь? — на всякий случай спросил я.
Один из братьев, вытирающих пол от крови, громко хмыкнул, выражая в этом незатейливом звуке все отношение к недоразумению богов, названному по ошибке стражей.
— У меня к тебе разговор. — Настроение у Фора было подавленным.
— Хорошо, — кивнул я, понимая, что разговор сугубо личный, а потому придется подождать, пока старательный служка вытрет с пола в покоях Защитника Рук всю кровь. — Что тут произошло?
— Да ничего существенного. Возвращаюсь я после Молельни Рук, собираюсь сытно откушать да заодно и тебя порасспросить о делах, творящихся в этом суетном мире, как тут… В общем, вижу, что дверь в мои покои самым наглым образом изрублена на куски, а по комнатам шастают уже виденные тобой покойники. И ладно шастали бы, может, тогда я бы их и простил, грешных! Так нет! Еще и шарят по столам, суют носы туда, куда не следует. Ну я и осерчал… А тут эти ребятки за оружие схватились и решили меня на всякий случай по-ре-шить. К счастью, с Молельни нес эту штуку, так что успел отбиться, пока свои не подоспели.
Фор небрежно кивнул в сторону лежащей на столе тяжелой церемониальной булавы. Ого! Судя по ее виду, чьей-то голове очень не повезло!
Между тем жрец наконец-то закончил уборку и, подхватив в одну руку ведро, а в другую тряпку, оставил нас с Фором наедине. Служители Сагота не то что жрецы других богов. Братья в серых рясах могут не только молиться богам, но и вымыть пол, починить обрушившуюся кровлю или отбиться от профессиональных убийц.
— Сагот! — Фор поднял руки к потолку. — Новую дверь поставят только утром, а пока нам придется коротать время без нее. Ушел?
— Угу. — Я выглянул из комнаты, а затем, вздохнув, устало сел на стул. День, впрочем, как и все дни на этой неделе, выдался тяжелым и ярким на события. — Так что ты мне хотел сказать?
— Гаррет, малыш, — начал Фор, — бумаги пропали…
— Какие бумаги? — Я поначалу даже не понял, о чем речь.
— Те самые. — Фор выделил слово «самые». — Когда я пришел, один из этих рылся в тайнике, но их там уже не было.
— Не волнуйся. Бумаги взял я, — успокоил я учителя и похлопал по сумке, где лежали ценности старой башни Ордена. — Еще вечером, пока тебя дожидался.
— Слава Саготу, — с искренним облегчением выдохнул Фор, а затем с прищуром посмотрел на меня: — Как тебе удалось открыть тайник?
— Очень просто, хотя не настолько просто, как твоим незваным гостям. Они-то, думаю, нашли и открыли его намного быстрее, вот только ничего там не обнаружили.
Фор покачал головой:
— И с каких это пор гильдия убийц занялась воровством? Да еще и набралась смелости нападать на жрецов в обители бога…
— Фор, я не уверен, что это люди гильдии. Убийцы обычно так не работают. Да и с гильдией вы всегда жили мирно, вряд ли Ургез решился бы прислать своих ребят. Нет, это кто-то другой.
— Опять Хозяин? — ехидно бросил Фор и достал бутылку вина. Нам обоим было необходимо выпить.
