На экране появились новые кадры — демонстрации становились всё более массовыми и ожесточёнными. В некоторых городах протестующие штурмовали правительственные здания, требуя немедленного освобождения Зейлора.
— Ситуация накаляется с каждой минутой, — прокомментировала Ария. — Мы получаем сообщения о том, что на нескольких планетах местные власти отказываются выполнять распоряжения центрального правительства, заявляя о своей поддержке псионика Морвейна.
— Это начало гражданской войны, — мрачно сказал полковник Рейнор. — И всё из-за того, что несколько высокопоставленных чиновников не смогли преодолеть свою гордыню и страх.
— Мы продолжим следить за развитием ситуации, — Ария повернулась к камере. — После короткой рекламы к нам присоединится бывший член Верховного Совета, который расскажет о закулисных играх власти и о том, почему псионик Морвейн стал неудобной фигурой для политической элиты. Оставайтесь с нами.
На Новой Терре, столичной планете, где проходила церемония капитуляции, ситуация полностью вышла из-под контроля. То, что началось как небольшая демонстрация перед правительственным кварталом, в течение нескольких часов превратилось в полномасштабное восстание. Десятки тысяч людей заполнили центральную площадь, скандируя: "Освободите Зейлора!" и "Долой предателей!".
Губернатор Новой Терры, Маркус Хейден, наблюдал за происходящим из своего кабинета с растущим ужасом.
— Как это могло произойти так быстро? — спрашивал он своих советников. — Ещё утром мы праздновали историческую победу, а теперь у нас полномасштабный бунт!
— Социальные сети, сэр, — ответил советник по коммуникациям. — Запись задержания псионика Морвейна разлетелась со скоростью квантовой связи. А теперь появились сообщения о том, что его пытают в камере для дебрифинга. Люди в ярости. Особенно те, кто лично был спасён им во время войны.
— Но это же просто стандартная процедура! — воскликнул губернатор. — Он не арестован, а временно задержан для дебрифинга!
— Люди не верят в это, сэр, — покачал головой советник. — Особенно после того, как "Голос Галактики" выпустил специальный репортаж о жестоком обращении с ним. Для них это выглядит как неблагодарность и предательство. Герой войны, спасший галактику, избит в камере в день величайшего триумфа.
В этот момент в кабинет вбежал начальник службы безопасности:
— Губернатор! Демонстранты прорвали внешний периметр! Они направляются к правительственному комплексу!
— Что?! — Хейден вскочил с места. — Где силы безопасности? Почему они не останавливают их?
— Сэр, многие офицеры отказываются применять силу против демонстрантов, — ответил начальник службы безопасности. — Некоторые даже открыто выражают солидарность с протестующими. Они говорят, что не будут стрелять в людей, защищающих героя галактики.
— Это безумие! — закричал губернатор. — Я требую немедленной военной поддержки! Свяжитесь с орбитальным командованием!
— Мы пытались, сэр, — ответил офицер связи. — Но адмирал Чен отказывается вмешиваться. Он заявил, что флот не будет использован против мирных граждан, выражающих законное возмущение.
Губернатор подошёл к окну, глядя на море людей, заполнивших площадь. Их было так много, что казалось, будто сама земля движется. Над толпой парили голографические проекции Зейлора — кадры его героических сражений против Осколков Бездны, моменты, когда он спасал целые планеты от уничтожения.
— Это выходит из-под контроля, — прошептал Хейден. — Как один человек может вызвать такой хаос?
— Не один человек, сэр, — тихо ответил советник по безопасности. — А символ. Зейлор Морвейн стал символом всего, что люди ценят — героизма, самопожертвования, борьбы против невозможных шансов. И когда этот символ предали те, кому он служил… это разбило последние иллюзии о справедливости системы.
Внезапно здание содрогнулось — первые группы демонстрантов достигли правительственного комплекса и начали штурм.
— Нам нужно эвакуироваться, сэр, — решительно сказал начальник службы безопасности. — Прямо сейчас. Мы не можем гарантировать вашу безопасность здесь.
Губернатор кивнул, его лицо побледнело от страха:
— Ведите.
В Цитадели, тайной базе "Стальной Галактики", экстренно собрался Верховный Совет. Атмосфера была напряжённой до предела — некоторые члены Совета открыто обвиняли друг друга в провоцировании кризиса, другие требовали немедленных и решительных мер.
Адмирал Валентайн, бледный и осунувшийся, сидел во главе стола, принимая на себя основной удар критики.
— Как вы могли допустить такую катастрофическую ошибку? — кричал представитель Федерации Вольных Технологий. — Задержать единственного псионика галактики на официальной церемонии, а затем допустить, чтобы его избивали в камере? Это за гранью некомпетентности!
— Я ничего не знал о жестоком обращении, — упрямо отвечал адмирал. — Морвейн был задержан в соответствии с протоколом безопасности. Я не давал никаких распоряжений о применении силы.