— И тебе! — промямлила ответно.
Больше мы ничего друг другу не сказали, и я вернулась к своим мучителям.
Меня, дружной компанией в виде двух надзираторш, которые постоянно спорили о чем-то глупом, повели в сторону кабинета владыки. Я думала, хоть этот путь будет спокойным, и я смогу обдумать ситуацию, которую вляпалась. Но видимо Судьба решила по-другому и захотела надо мной подшутить!
Когда мы проходили мимо самой большой кучки девчонок, которая также пришла посмотреть на меня, я услышала:
— Ну, что, Дикарка? Снова неприятности? Теперь тебя не оставят в живых…или в лучшем случае выгонят отсюда, и ты станешь бродягой! Ха-ха-ха!
ВерОника. Мой злейший враг номер один среди учеников. Самая известная задира в Академии Ордена Стали. Она никогда не упустит момент, чтобы над кем-нибудь посмеяться.
Раньше она очень «любила» нашу компашку: Пит, Мэри и я. Ее любимой фишкой было сначала использовать словесную атаку, а потом и кулачную. Из-за этого было много драк между ней и мной. Друзей не подпускала, потому что считала, что сама смогу справиться, даже если обидели не меня. Я всегда думала, что лучше уж побьют меня, чем Пита и Мэри. Они не виноваты в том, что наша вражда с Вероникой настолько сильна. Через друзей она пыталась сделать еще больнее. И это ей удавалось.
Сегодня она тоже решила позабавиться, поэтому собрала большую толпу девчонок, чтобы прилюдно меня унизить.
— Вероника, — выплюнула я, будто во рту был яд.
— Да, «дорогая», это я. Ты что уже забыла меня? Ай, ай, как не хорошо забывать свою «подругу»! — наигранно и фальшиво промурлыкала она, как хитрая кошка.
Я стиснула зубы. Только сейчас мне не хватало ее подначек. Меня могут скоро убить, а слушаю ее змеиный язычок, который мне что-то шипит. Настроение только портит!
— Что тебе надо, Вероника? — спросила я напрямую.
Судя по тому, что мы перестали двигаться, и нас никто не стал разнимать, все наслаждались представлением, даже надзираторши.
— Мне!? — наигранно воскликнула она. — Мне ничего! Я только хотела сказать, что мне тебя очень жалко. Бедная, совсем замучили!
— Мне наплевать на твою жалость, Вероника! Если ничего больше не хочешь сказать-проваливай!
— Ох, как грубо! Настоящая дикарка!
— Шкура! — ответно прошипела я.
— Что ты сейчас сказала?
— То, что слышала, Шкура!
— Ах, ты…
— Ты думаешь, я не знаю, что ты делаешь ночью в конюшне в компании с милым молодым человеком из старшей группы? Ваши крики слышны даже на третьем этаже! — я знала куда давить, хоть я не была свидетелем, но слышала от Пита, который ночью отвечал за конюшню (даже такое у нас есть).
— Ты…
— Да, я!
— Тварь, ты будешь молчать, иначе я…
— Что!? Что ты мне сделаешь!? — не надо меня пугать, я много натерпелась в жизни, а от ее детских угроз мне просто смешно!
— Ну, ты сама напросилась!
Она набросилась на меня, схватив мои волосы. Да, что ж вы все сегодня их так полюбили!
Я не стала медлить, вырвав руки из плена надзираторш, которые успели потерять бдительность, наблюдая за нашей перепалкой, набросилась ответно на Веронику. Но я решила не мелочиться и не драть волосы, а сразу принялась за лицо.
Мои мучители проснулись, как от заклятия обморожения, и попытались нас разъединить. Ключевое слово «попытались». Мы цепко держали друг в друга и не хотели отпускать.
На наш шум прибежала главная надзираторша, Замбана, и начала на нас кричать:
— Живо отцепитесь друг от друга! Я сказала ЖИВО! Вероника отпусти волосы Леренской! А ты Леренская прекрати царапать лицо однокурснице! Вы что меня не слышите! Быстро прекратили! Иначе я вас обеих поведу к владыке, а он знает, что делать с такими буйными, как вы!
Видимо на Веронику подействовала тирада главной надзираторшы, и она отцепилась. Мне, к сожалению, пришлось сделать тоже самое, хотя я этого не хотела. Жаль, а то бы немного подкрасила Веронике личико, даже можно сказать, украсила. Было бы прекрасное зрелище!
— Так то лучше! — сказала женщина и приказала снова меня схватить.
Я не сопротивлялась, скорее даже смирилась с тем, что меня ведут в кабинет владыки, как душевнобольную. Как и говорила раньше-сопротивляться бесполезно. Я и так много создала проблем, боюсь, больше меня жалеть не будут, могут убить на месте, наплевав на правила Академии Ордена Стали. Дело в том, что как и упоминалось раннее, здесь воспитывали жестоких кукол-марионеток, которых настраивали на то, что, если им оказывают сопротивление, они обязаны убить, но только правила Ордена сдерживали наплыв агрессии и появление большого количества трупов.
Дошли мы без происшествий, что было очень удивительно. Как же так, Катерина Леренская, в течение пяти минут никого не убила и не покалечила! Чудо! Об этом думали надзираторши, по их лицам это было четко видно. Что ж, если судить по последним событиям, то для меня это тоже необычно!
Дверь в кабинет владыки была приоткрыта. Из него слышались громкие и разраженные голоса двух мужчин. Они явно обсуждали что-то важное, иначе бы не слышалось резкие стуки по столу хозяина.
Надзираторши не спешили войти в дверь, а ждали какого-то сигнала от владыки, что можно было зайти.
