Хроники Тиа-ра: битва за Огненный остров полностью

А еще – Тода-ра больше нет. Неизвестно, будут ли книговеры выступать на нашей стороне дальше, но я – не законник. Я – просто человек, который совсем недавно познакомился с Тода-ра, а потом с недоверием, но не без интереса слушал его странные речи. И теперь его нет, а я все еще жив.

«Сейчас намного больше следует бояться мне, ведь Персонажей второго плана Автор жалеет редко. Их жизнь закончится тогда, когда Ему покажется удобным принести ее в жертву», – повторил я про себя.

Жесток Автор, который вынуждает страдать новые жизни и лишает жизни невинных. Стоит ли того эта История? Понимает ли Он степень своей жестокости? И кто определяет степень этой жестокости – сам Автор или тот Читатель, для которого эта История и создается?

Эти вопросы были бы хороши, если бы не один факт. Обращаются они к никому и звучат нигде. Тода-ра верил во все это, но помогает ли вера выжить? «И теперь его нет, а я все еще жив» – как звон на башне, отмеряющий солнечные шаги, снова прозвучало в голове. Нужна ли такая бесполезная вера? Мне – точно нет.

Возможно, в другой жизни, в другой оболочке, на другом острове я бы мог стать книговером. В их странном миропредставлении было нечто притягательно-эфемерное. Но здесь и сейчас я не мог себе этого позволить.

В полдень Тода-ра столкнули вниз с барьера. Впрочем, это не имело уже никакого значения. Его крупная оболочка была самым маленьким из того, кем он был на самом деле.

А потом, уже после полудня я, наконец, зашел в свою умму – впервые со вчерашней встречи с Тода-ра. Одной секунды хватило, чтобы увидеть или, скорее, почувствовать следы постороннего присутствия. А потом в глаза начали бросаться улики – одна за одной они словно подсвечивались в тесном пространстве комнаты, в которой все слишком хорошо изучено и знакомо.

Всегда закрытый (и редко используемый) ящик с вещами – открыт. Постель – в таком же беспорядке, что и обычно, но сдвинута в сторону на гибких деревянных ламелях. Скамья для гостей, которая слишком велика для моей уммы и поэтому немного выступает во входную арку, – придвинута к стене сильнее, чем обычно. К этой неудобной скамье я давно привык и теперь инстинктивно огибаю угол даже с закрытыми глазами, чего не скажешь о моих нечастых гостях – даже при свете дня они регулярно натыкаются на него, уходя. Тому, кто был здесь ночью, было еще сложнее заметить препятствие, и, конечно, он случайно толкнул скамью к стене.

Нетрудно догадаться – укрывшись от вымышленной угрозы, я спас себя от угрозы реальной. Не знаю, должен был я лишиться жизни вместо Тода-ра, или эти ночные визиты – часть одного общего плана. Но факт остается фактом. Я не могу чувствовать себя в безопасности. Никто не может…

Как всегда неожиданно за спиной появился Кир-ра, и я вздрогнул от его голоса.

– Может, время нанести визит Храму? – сказал он таким тоном, будто предложил посидеть и попить отвара где-нибудь на живописной террасе.

– Визит Храму? – рассеянно переспросил я, продолжая блуждать взглядом по умме.

– Несколько дней прошло. Они слабы сейчас. Я думаю, стоит потревожить их на их же острове.

– Не уверен, что сейчас подходящее время, – отмахнулся я, устало опустившись на лавку для гостей. – Враг на самом острове сейчас не менее опасен. Сегодня ночью я, похоже, чуть не лишился жизни.

Кир-ра ничего не ответил, только сел рядом.

– Ты не принес воды с собой? – только спросил он.

– Нет, – говорю, – не принес.

И тут же думаю: а почему он уверен, что я не сходил за водой утром, как это обычно и делают? А еще у меня могла остаться вода в кувшине со вчерашнего дня. Может, он знает, что я не ночевал в умме, а мой кувшин сухой, как камни на Площади в жаркий полдень?

Тут же взгляд скользнул в сторону и… В кувшин и правда кто-то заглядывал. Крышка упала за него и разбилась – этого не было видно с порога. В нынешние времена даже предатель не может не думать о жажде.

Я молчу, и Кир-ра молчит. Кажется, он ничуть не удивлен новостям. Но, может, это только кажется.

А маятник в голове раскачивается все сильнее. Кто такой вообще Кир-ра? Как много значит он для моей истории, и как мало знаю я о нем на самом деле? Да, он сражается с храмовниками, но сражается не так, как другие. Он не защищает Огненный остров – для него это не родина, а убежище. Я чувствую, что его мотивы совсем другие, он хочет уничтожать храмовников. Не потому, что они атакуют нас, а потому, что они такие, как есть.

Но почему тогда Кир-ра не может быть предателем? Даже скорее – не предателем, а одиночкой, который примерил на себя роль вершителя судеб и разрушителя существующего порядка. Почти в ту же секунду я вспомнил, как он рассказывал о «Группе восстановления справедливости», в которой участвовал еще на Солнечном острове.

Быть может, его война не закончилась до сих пор?

– Жаль, что нет воды, – спокойно сказал Кир-ра. – И об атаке на Храм подумай. Сегодня день хороший для полета.