Южанин и гном посмотрели на своего нового собеседника и, кажется, обрадовались ему. Нейб совсем не сдерживал улыбку, гном же старался сохранить суровость облика, но все равно было видно, что он приятно удивлен.
– Зоран из Норэграда! Вот уж не думал, что еще когда-нибудь встречу человека, которому обязан своей жизнью. – сказал Нейб.
– Я в равной степени обязан вам обоим. Один я все равно бы не справился.
Южанин перевел взгляд на Рогги:
– Чего молчишь, коротышка? Это же Зоран! Тот человек, благодаря которому ты все еще оставляешь на земле свои крошечные следы!
– Заткнись, гад! Привет, Зоран. Я рад тебя видеть.
«У этих двоих ничего не меняется».
– Это взаимно, Рогги. Вам кто-нибудь говорил, парни, что вы очень мило ссоритесь?
– О, с этим не поспоришь. – ответил Нейб. – А особенно мил в эти моменты Рогги. Хоть он и похож на кипящий самовар с приклеенной бородой.
– Ну все, достал! – Рогги замахнулся правой рукой и сжал кулак, чтобы со всей силы врезать им по лицу своего друга, но не успел этого сделать, так как между ними встал Зоран, едва сдерживающий смех в тот момент.
– Отойди, Зоран! Дай мне врезать по его наглой роже!
Нейб хохотал, а Рогги Костолом краснел и злился. Зоран всячески пытался его утихомирить, но гном не унимался и еще больше смешил своим решительным настроем.
В какой-то момент южанин поборол свой смех и произнес:
– Рогги, хватит злиться, мы же друзья.
– В гробу я видал таких друзей! Отпусти меня, Зоран, не буду я его трогать. Еще не хватало руки марать. – ярость гнома начала сходить на нет. Он был в равной степени вспыльчивым и отходчивым.
Когда все утихомирились, Зоран спросил своих товарищей по арене:
– Вы присоединились к Давену, я правильно понимаю?
– Да. Мы благодарны ему за освобождение и считаем, что дело его правое. – Сказал Нейб.
– А ты что тут делаешь, Зоран? – поинтересовался Рогги.
– Я тоже отдавал долг за свое спасение. Но, в отличие от вас, оставаться здесь не собираюсь.
– Жаль. Ты бы пригодился здесь. – произнес южанин.
– Да уж. Помог бы нам с этим чертовым Элаясом Лисьим Хвостом. – на этих словах гнома лицо Зорана резко посерьезнело и сделалось пугающе каменным. Он уже слышал раньше имя этого разбойника. Ныне покойный барон Друнвельд фон Рерик, продажный главы Трезны, за щедрое вознаграждение поставлял Элаясу заключенных в тюрьму людей, после чего те с большой вероятностью становились рабами в южных королевствах. Либо умирали.
Зоран с горечью вспоминал, как разрывалось его сердце, когда несчастная Анжелика умоляла его помочь найти своего мужа Хуго, а он отказался и просто пошел дальше, сославшись на то, что не занимается розыском пропавших без вести.
«Все верно. Я не занимаюсь подобными вещами. Я отнимаю жизни, а не возвращаю их. Поверить не могу, что когда-то я действительно верил, что помогаю людям».
Зоран сглотнул образовавшийся в горле ком и спросил:
– А что там с этим Элаясом?
– Давен очень хочет, чтобы мы с Рогги вычислили, где он находится. А мы понятия не имеем, как это сделать.
– А потом что? Когда вы вычислите его?
Нейб почесал затылок и неуверенно произнес:
– Потом мы должны привести его сюда. И я не имею никаких мыслей как это сделать. Давен весьма скуп на инструкции.
– И самоуверен. – вставил Костолом. – Задание, видите ли, простое, по его мнению. Сам бы попробовал его выполнить.
«Анжелика просила найти Хуго живым или мертвым. Вряд ли это возможно теперь, но почему бы не попытаться»?
– Я помогу вам. Я примерно представляю с чего нужно начать поиски.
«Пора мне сделать хоть что-то хорошее».
Нейб и Рогги переглянулись.
– Ну да, ты же детектив. – произнес гном.
– Мы арендуем этот дом. – сказал человек в черной одежде и начал отсчитывать кроны.
Собственник помещения не переставал изумленно разглядывать пеструю компанию, попутно размышляя над тем, почему эти люди так долго осматривали именно подвал.
– Вот. Этого хватит на неделю. – суровый мужчина в плаще снова заговорил, указав на стол, на поверхности которого столбиками разложил золотые монеты.
Щуплый, пожилой, интеллигентный с виду владелец дома бережно сложил деньги в свою сумку и произнес:
– Желаю удачного времяпровождения в Трезне, господа. Всего доброго. – Он положил на стол связку ключей, после чего поклонился отрывистым кивком и ушел.
Троица провожала его взглядом. Когда дверь захлопнулась, тот, что смуглее остальных заговорил:
– Ну хорошо, Зоран. Подвал у нас теперь есть. Что теперь?
– Теперь мы дождемся ночи.
Линар Соренсен, начальник дознания города Трезна, возвращался со службы домой, как всегда, поздно вечером. После смерти барона Друнвельда этот служака стал нервным и пугливым, ведь многие в городе поговаривали, что мэр умер не случайно: ему якобы отомстили близкие незаконно арестованных жителей.
Линар никак не мог понять, откуда людям стало известно о насильственной смерти градоначальника, ведь слухи о скоропостижной кончине последнего из-за проказы распускались весьма старательно.
«Кто-нибудь из стражи проболтался, скорее всего».
