К счастью, текст этого столь таинственно передававшегося письма сохранился. Вот
он.
2
226 Нинетта при дворе (фр.).
«Согласны ли Вы со мной, любезный брат мой, что заключить брак, коего Вы, как
сами сказали мне, желаете, следует не только в интересах Вашего государства, но и в
Вашем личном интересе?
Если Ваше Величество с этим согласны и уверены в этом, то нужно ли, чтоб
религия порождала препятствия Вашим желаниям?
Да будет мне позволено сказать Вам, что даже епископы Ваши не найдут что-либо
возразить против Ваших желаний и поспешат устранить всякое сомнение в этом
отношении. Дядя Вашего Величества, Ваши министры и все те, кои по долговременной
службе, привязанности и верности особе Вашей наиболее имеют право на доверие, не
находят в этой статье ничего, что стесняло бы Вашу совесть, ничего угрожающего
спокойствию Вашего правления.
Подданные Ваши не только не осудят Ваш выбор, но будут рукоплескать ему с
восторгом и станут по-прежнему благословлять и обожать Вас, ибо Вам будут обязаны
они верным залогом их благоденствия и спокойствия общественного и частного.
Этот выбор,—- я смею сказать это, — докажет Ваше благоразумие и
разборчивость и увеличит только похвалы Вам со стороны Вашего народа.
Отдавая Вам руку моей внуки, я внутренне убеждена, что делаю Вам самый
ценный дар, какой только в моей власти сделать Вам, и который всего лучше может
убедить Вас в искренности и глубине моего к Вам расположения и дружбы. Но ради Бога,
не возмущайте счастье ее и Ваше собственное, примешивая к нему предметы совершенно
посторонние, о которых и Вам, и другим следует хранить глубокое молчание; в
противном случае Вы дадите доступ бесконечным неудовольствиям, интригам и
сплетням.
По известной Вам материнской нежности моей к внуке, Вы можете судить, как я
забочусь о ее счастье. Я не могу не сознавать, что оно сделается неразрывно с Вашим,
как скоро она соединится с Вами узами брака. Неужели я могла бы согласиться устроить
этот брак, если бы видела в нем что-либо опасное или неудобное для Вашего Величества
и если бы, напротив, не видела в нем всего, что может утвердить Ваше счастье и
счастье моей внуки.
Ко всем этим авторитетам, которые не могут не повлиять на решение Вашего
Величества, я прибавлю еще один, важность коего имеет наибольшее право на Ваше
внимание. Проект брака предположен и выработан покойным королем, отцом Вашим.
Говоря об этом известном факте, я не сошлюсь ни на свидетелей из вашей нации, ни на
свидетелей русского происхождения, хотя их множество; но я назову французских
принцев и кавалеров их свиты, свидетельство коих тем менее может быть подвергнуто
